— Так сколько?
— Я готова вложить восемь штук, — сказала Алиша и поглядела на него, вопросительно подняв бровь.
Немного подумав, Брейди согласился внести столько же в «общий фонд расследования». С одной стороны, деньги, конечно, немаленькие, а с другой — во сколько оценить собственную жизнь?
Теперь, устроившись поудобнее на водительском сиденье, он смотрел, как по лобовому стеклу струится вода, размывая очертания окружающих предметов до полной неузнаваемости. Брейди мог бы включить «дворники», но не хотел привлекать внимания. Оглянувшись по сторонам, он увидел бы, как по стеклам текут, преломляясь и переходя друг в друга, обломки образов промокшего внешнего мира: листва на ветках (темный хаос, еще держащийся на темной симметрии), припаркованная по соседству машина (которая в переливающихся струях словно тряслась от холода), высокий деревянный забор (несколькими рывками стряхнувший с себя капли воды, когда через него быстро перелезла какая-то темная фигура).
Не успел Брейди заметить эту тень, как по боковому окну с другой стороны постучала чья-то ладонь, а следом за ней в окне показалось лицо Алиши. Брейди отпер замок дверцы, и его мокрая запыхавшаяся напарница забралась в машину. Нагнувшись, она стала отряхивать воду с волос себе под ноги. Брейди заметил, как между делом Алиша поднесла руку к лицу и внимательно посмотрела на свои пальцы. Он вспомнил, как его ровесники в старших классах и в колледже так, по дрожанию пальцев, проверяли степень собственного опьянения. Когда Алиша распрямилась, откинув мокрую шевелюру назад, Брейди с изумлением обнаружил, что она улыбается.
— Ну вот! — произнесла она.
Ее внезапное появление настолько ошеломило (и порадовало) Брейди, что он не сразу смог заговорить.
— Как прошло? — спросил он наконец.
Алиша поначалу заулыбалась еще шире, но потом справилась с собой, и лицо ее стало серьезным. К тому моменту Брейди успел догадаться, что ей действительно удалось кое-что выяснить. Во всяком случае, она явно воспряла духом. Хотя вслед за этим на ней вдруг сразу сказались усталость и пережитое нервное напряжение: плечи опустились, лицо погрустнело.
— Это Гилбрет нас подставил, — сказала Алиша. — Он очень слабый и плохой человек. Как мы и подозревали, никто нам помогать не станет.
Брейди хотел начать потихоньку выведывать подробности, но тут заметил на улице какое-то движение. Уличный фонарь в соседнем квартале освещал проулок призрачным светом, и Брейди показалось, что там кто-то прошел.
— Ты ничего не видела? — спросил он.
— Нет, а что?
Алиша вгляделась в темную улицу за лобовым стеклом, а Брейди включил фары и «дворники». Впереди никого не было, только вспыхивали дождинки, пролетая в лучах фар. Осветились деревья, кусты, заборы, другие машины и гараж, выступавший из общего ряда впереди справа — сплошь укромные места.
— Не буду говорить: мне показалось, — сказал Брейди и нажал кнопку автоматического запирания дверей. Они с Алишей переглянулись. — Когда так говорят, обычно оказывается, что не показалось.
Он ждал, что она ответит на его почерпнутую из ужастиков мудрость какой-нибудь более основательной, типа «Пуганая ворона куста боится», но Алиша промолчала. Тогда Брейди включил первую скорость и сделал разворот, заехав на бордюр на противоположной стороне дороги.
— Куда поедем? — спросил он, отъехав на милю.
— Как насчет Рима? — широко улыбнувшись, спросила в ответ Алиша.
— Это тот, что в Италии? — Брейди бросил на нее внимательный взгляд.
— У тебя паспорт с собой? — Агенты ФБР при исполнении обязаны иметь при себе зарубежный паспорт, даже в поездке по стране. Правда, Брейди пустился в эту одиссею из дома, уже после того, как вернулся из командировки.
— С собой, — ответил он. — Но разве мы можем ими пользоваться? Что сказал Гилбрет? Нас ищут?
— Ориентировки еще не разосланы. Может, теперь Гилбрет и объявит нас в розыск, но вначале ему надо замести собственные следы, а еще раньше — привести в сознание жену. И отделаться от полиции — не будет он им объяснять, что я делала в его доме.
— Значит, нам нужно выбраться из страны как можно скорее.
— А для верности, — подумав, добавила Алиша, — лучше выбрать международный аэропорт поменьше, подальше отсюда и без биометрических систем.