Над транспортером загорелась желтая лампочка, прозвучал сигнал, и лента начала двигаться. Через несколько секунд показался багаж.
У итальянских таможенников шлем ЦМП вызвал некоторое беспокойство. Несколько служащих таможни отвели их в комнату для досмотра, и Брейди уже решил, что приключение закончилось, не успев начаться. Но способность Алиши удивлять его не истощилась. С экспрессией и уверенностью голливудской звезды она принялась доказывать, что снимает документальный фильм, а странное устройство в круглом чехле — самая современная американская телекамера. («Что недалеко от истины», — подумал Брейди.) Алиша даже надела шлем и продемонстрировала, как он работает. Это объяснение вполне удовлетворило чиновников, те поудивлялись, похлопали их по спине, спросили, не знакомы ли они с Френсисом Фордом Копполой, и отпустили восвояси.
Агенты вышли в гулкий зал, от которого во все стороны, как ответвления пещеры, разбегались коридоры. За стеклянной стеной прямо перед ними открывался обычный для современного аэропорта организованный хаос — люди спешили к поездам и автомобилям или от них к дверям аэровокзала, каждый по своим делам, и всех объединяло только одно: стремление уехать отсюда как можно скорей.
— Поедем на такси или возьмем напрокат машину? — спросил Брейди.
Прежде чем Алиша успела ответить, к ним подскочил маленький человечек, небритый и давно не стриженный.
— Avete bisogno di un tassi? — Итальянец жадно вгляделся в их лица. — Англичане? Вам нужно ехать, да? — Он потянулся к лямке от сумки с ЦМП на плече Алиши. Та отстранилась.
— Нет, — резко сказала она. — Нам ничего не нужно, спасибо.
Человечек недовольно посмотрел на нее и, слегка поклонившись на прощанье, бросился к очередной паре приезжих, вынырнувших из очереди у таможни.
— Аренда машин здесь, — сориентировался Брейди и шагнул к широкому коридору, уставленному кабинками прокатных агентств. Но Алиша, поймав его за локоть, кивнула в сторону улицы.
— Давай ездить на такси, пока не выяснится, сколько мы тут пробудем и куда поедем дальше.
— Но я так понял, что…
— Только не с ним, — сказала Алиша, провожая взглядом нестриженого таксиста — тот прошел мимо с довольной улыбкой и тремя тяжелыми чемоданами. Следом за ним шла тоже вполне довольная чета приезжих.
— Пока мы ждали вылета в Харрисберге, я зашла на кое-какие туристические веб-сайты, — объяснила Алиша. — На одном из них говорилось, что таксисты без лицензии, которые ошиваются в ФЦО, часто оказываются наводчиками у бандитов, которые грабят беспечных туристов. А то и делают с ними что-нибудь похуже. Там советовали садиться только в белые такси, водители которых не имеют права отходить от своих машин.
— А что такое ФЦО? — спросил неприятно пораженный Брейди.
— А это сокращенное название аэропорта, — Алиша обвела взглядом. — Мы ведь еще не в самом Риме. Аэропорт в восемнадцати милях к юго-западу, в Фьюмичино.
Тут она заметила на стене часы и принялась переводить свои наручные. Брейди последовал ее примеру и тоже перевел маленькую стрелку на шесть часов вперед: по местному времени было уже за полдень.
— Надо найти, где оставить багаж, переодеться и обменять валюту. А потом можно отправляться прямо в Ватикан и послушать, что скажет отец Рендалл. — Алиша произнесла это имя с презрением. — Или ты хочешь сперва передохнуть? Можно поискать, где бросить кости…
Брейди собрался было возразить, но заметил лукавый огонек у нее в глазах и понял, что она его просто поддразнивает. Она прекрасно знала, что им обоим нужно отдохнуть и набраться сил, прежде чем двигаться дальше.
— У меня вполне хватит сил на то, чтобы сделать привал, — ответил он.
58
В машине они долго молчали, наблюдая за тем, как здания за окном становятся все выше и все сильнее теснятся друг к другу.
— Взгляните вот сюда, — произнес водитель. — Это Колизей. Подлинное название — Амфитеатр Флавия. Построен в семьдесят втором году. Очень давно.
Слова его звучали заученно и невыразительно. Брейди подумал, что сказаны они не от гордости за свой город, а ради более щедрых чаевых.
Алиша накрыла ладонью руку Брейди, лежавшую на сиденье между ними.
— Мне всегда хотелось побывать в Риме, но не в таких обстоятельствах, конечно, — тихо сказала она. — А ты здесь раньше бывал?
Брейди ответил не сразу. Ему вспомнилась Карен и их несостоявшаяся совместная поездка в Италию. В детстве Карен жила с родителями на Азорских островах — ее отец служил в Пятьдесят седьмой поисково-спасательной эскадрилье. Офицеры и их домочадцы часто пользовались случаем слетать в Европу на попутном воздушном транспорте. Мать Карен иногда брала ее с собой в такую бесплатную поездку, но в памяти девочки остались лишь самые яркие впечатления, и это были не стеклодувы Майорки и не голуби на площади Святого Марка в Венеции, а утомительные перелеты на откидных сиденьях в мрачных и шумных внутренностях самолетов, к которым совершенно не подходило слово «салон» — скорее, «фюзеляж». Карен говорила мужу, что хотела бы как-нибудь загладить эти воспоминания о Европе, проехав по ее городам, скажем, на поезде в вагоне высшего класса: Лиссабон — Барселона — Париж — Берлин — Вена — Женева.