Мужчине сильно повезло, пару раз он был близок к кувырку в свежевыпавший снег. Вообще, забегая вперед, скажу: он оказался сильно везучим в этот день.
Выгрузили клиента в приемном отделении, уложили на кушетку. Срочно нужна консультация хирурга! Необходимо отметить, что помимо дежурной смены, по гарнизону заступали так называемые дежуранты, т. е. врачи-специалисты, которые находились дома, но, если что, то прибывали в расположение госпиталя.
А с хирургами получилось вот что. Как раз недели за полторы до описываемых событий в гарнизон прибыл новоиспеченный эскулап Федя Апендюх — майор с подводной лодки, который где-то обучился на хирурга, но где именно — не помнил даже сам лично. Пока решался вопрос с его жильем, он временно существовал в госпитале. Поэтому вопрос с дежурным хирургом даже не обсуждался, и находился он под боком.
Сразу же вызвали Федю в приемное отделение. По его виду и поведению стало понятно, что он, видимо, уже начал потихоньку отмечать наступающие праздники, но был бодр и готов тут же вылечить полгородка самыми радикальными способами.
Осмотр заболевшего много времени не занял. Вердикт: «Дискинезия желчевыводящих путей». Шарахнули (ударно влили) больному какую-то литическую смесь + баралгин, с верой в лучшее. Вера своё назначение оправдала: через полчаса наш товарищ порозовел, заулыбался и стал проситься домой. А кому охота Новый год отмечать в приемном отделении госпиталя, находясь под непонятным наблюдением? Посему, был осмотрен Федором повторно и, с легкой руки, отпущен на все четыре стороны, не считая вертикальных направлений.
Мелкая суета «съела» полдня, появилась даже возможность посмотреть предновогодние юмористические передачи… Но ненадолго. В приемном раздается очередной звонок, мне передают трубку. «На проводе» Миша Лоскутов, начмед морской подлодки: «Дружище, приезжай. У моего сослуживца проблемы. Видимо, нужна консультация хирурга».
Подъезжаем на вышеупомянутом автокране по указанному адресу. Захожу в квартиру. Опа, жёваный гальюн! На диване лежит наш вылечившийся утренний пациент. Только лицо уже темно-серого цвета. И глаза осунуты.
253
«Очень похоже на прободную язву желудка», — подводит итоги осмотра Миша. Я в этом уже не сомневаюсь, практически. Тем более что мы, начмеды подлодок, — все хирурги, в некоторой степени, по крайней мере, так написано в сертификате специалиста.
Повторяем утренний маневр по забросу пациента в транспортное средство. Навыки не утрачены — больной утрамбован, и даже мне находится место в кабине.
В госпитале, после повторного осмотра, становится ясно — без операции не обойтись. Нужно собирать операционную бригаду: ассистента хирурга, анестезиолога и его помощницу, операционную сестру, санитарку, а еще рентгенолога и лаборанта. Вот так! Все это я должен сделать быстро. Всех оповестить и доставить.
Только мобильной связи еще в помине не было. В бубен, правда, чтобы кого-то вызвать, уже не стучали, но стационарные телефоны — великая редкость. Только для привилегированных. В то же время, в кабине авто помимо меня помещался только один человек. Поэтому я взял список адресов и помчался всех оповещать и доставлять. А до Нового Года оставалось 3 целых 5 десятых часа…
Русское гостеприимство известно всем, но особенно оно обостряется, когда ты уже слегка принямши и к тебе внезапно заявляется коллега. Все мои рассказы о срочности предстоящей операции и необходимости оповещения остальных медработников терялись в радостных восторгах хозяев очередной посещаемой квартиры, а отказ по-нашему проводить навсегда уходящий год тут же рождал категорический отказ куда-либо пребывать. Поэтому к концу маршрута я уже был слегка навеселе, сыт до отвала и предстоящая операция не казалась такой тяжелой.
Собрались все, кроме ассистента хирурга. Его я не нашел. Зато нарисовался другой помощник — Паша Москитов. Еще один начмед с лодки, который ровно, как и все остальные, совершенно забыл, каким образом выглядит абдоминальный больной, а тем более — с прободной язвой. Он зашел поздравить дежурную вахту с наступающим. Конечно, у него с собой было. А кто же ходит поздравлять с пустыми руками? Как сейчас помню — болгарское бренди «Солнечный берег». Вот под бренди мы и уговорили его помочь неопытному начинающему ординатору.
Надо отметить, что Паша хирургию любил, на отделении часто бывал и старался ассистировать и оперировать по возможности, пусть и не на брюшной полости.