«Точно неспроста спрашивает. Может это из-за помощника. Так она всего-то на пятнадцать минут опоздала, да и то об этом никто не знает», думал дежурный, говоря в трубку:
— Да, всё тихо, тащ командир. Всё в порядке.
«Всё в порядке» было сказано на полтона ниже, нежели «Тащ командир».
— Ясно… — Командир чуть умолк, как будто думал и опять поинтересовался, — а в казарме как, всё спокойно?
«Здрасьте, приплыли», мозг Юрия Александровича окончательно проснулся: «Сто пудов, какая-нибудь матросня опять нажралась и с увала не вернулась, а дежурный по казарме, собака мичман, мне не доложил. Или ещё хуже: сержанты-контрактники подрались в городке с кем-нибудь и сидят теперь в комендатуре, а командиру первому сообщили. Вот черти!».
— Всё спокойно. По списку столько-то, налицо столько-то. Лиц незаконно отсутствующих нет. Отбой произведён по распорядку дня, — выпалил дежурный, готовый порвать мичмана на портянки, если всё так, как он думает.
— Ясно-ясно. А на девятом ПРК как дела? Тихо всё? — гнул свою линию Тамерзлан.
«Ах, вон, где собака зарыта. Опять эти два дембеля, наверное, что-нибудь учудили. Тогда ведь говорил, что нельзя их на вахту в выходной ставить, да ещё и вместе. Ну, я им покажу морскую соль, если что!». Голова Юрия Александровича уже начинала закипать.
— Всё тихо, тащ командир, полчаса назад там сам был, — честно ответил дежурный, холодея в затылке.
— А на восьмом? Порядок? — не унимался Тамерзлан.
«Ну, блин, солёный перец. Неужели опять старпом
Злыбин с лодки шёл и до матроса докопался. Небось, сразу командиру нашему настучал. Я бы ему……. Мысли Унылова ходили ходуном.
— Лучше всех. Восьмой — это же мой. У меня там всегда порядок, — поручился Юрий Александрович в отверстие трубки, как-то по-детски улыбаясь, словно его было видно.
— А на втором как служба? — вопросом на ответ послышалось из другого отверстия трубки.
«Эх, мать моя женщина, легионеры Египетские, как же я сразу не догадался. Тьфу ты!». Юрий Александрович вспотел в момент. В его голове сразу вспомнилась картина двухгодичной давности. Тогда, в субботу, контрактники с лодки выпивали с их матросами прямо на ПРК, поскольку оно самое дальнее от штаба. А ветер был сильный. Даже штормовой. А лодку они не закрепили, как следует, вот и оторвало её от пирса. И всё бы ничего (даже при таком раскладе), только прибило оторвавшуюся посудину к противоположному пирсу, а там тральщик. Разумеется, как итог— тральщик восстановлению не подлежал. Хорошо хоть не погиб никто. Тогда, вроде, истязали всех, вплоть до командующего дивизией. «Не дай Боже, — взмолился дежурный, — до пенсии ещё два года».
— Да, ничего особенного. Служат, — почти прошептал Юрий Александрович. — Простите, товарищ командир, а в чём дело-то, случилось чего? — спросил он, сам поражаясь своей смелости.
— Да нет, в принципе. Просто я лежал в ванной, и вдруг мне показалось, что с СРБ что-то не в порядке. Ну, раз всё хорошо, тогда спокойной ночи, Юрий Александрович, — командир повесил трубку, не дождавшись ответного прощания.
Эмоции, копившиеся в голове Унылова, достигнув критической массы, выплеснулись во внешний мир. Непроизвольно слетевшее с губ дежурного слово «МУДАК» ещё долго гуляло и по штабу, и по девятому ПРК, и по восьмому, и стучалось в окна казармы, и ещё куда-то, но его почти никто не услышал — вся СРБ спала, спала крепким, мирным и сладким военно-морским сном.
ГЛАВА 71 ГЛАВНАЯ ФИШКА
Чтобы быть свободными, мы должны стать рабами законов.
А Вы хотите также спать мирным и сладким военно-морским сном и не бегать, как сумасшедший, с шести утра на службу? Заверяю: сделать это можно проще пареной репы. К астрономам не ходи.
Разумеется, если начальство Ваше с первого дня относится к Вам уважительно, как к белому воротничку флота, делает поблажки и закрывает на некоторые вещи глаза, то того, что я напишу ниже, осуществлять никак не требуется. Во всех же остальных случаях это принесёт неоспоримую пользу и видимый эффект. Заинтриговал? Спокойно, сейчас всё расскажу (сам удивляюсь: с каких пор я такой щедрый на столь полезные советы), ведь Вы читаете «Руководство по борьбе за живучесть».
Значит так, как из всего прочитанного Вы уже поняли, Царские законы, в большей своей массе, находятся на стороне простого рабочего класса. Так вот, если Вы откроете мою любимую настольную книгу, которую я любил читать на досуге — Устав Сооружённых Сил, и внимательно вчитаетесь в статью номер двести двадцать восемь (или не поленитесь и попутно всмотритесь в «Положение о порядке прохождения военной службы», номер одна тысяча двести тридцать семь, приложение два), то там Вы увидите следующую удивительную фразу: