Учитывая свои неординарные интеллектуальные способности, Несравненный Эд не стал перезванивать и уточнять у Мишгана возраст, звание, пол и место жительства пострадавшего, как поступил бы настоящий военный, а тут же оделся и стремглав побежал к месту происшествия. Сумку неотложной помощи он, при всём желании, конечно же, не взял: снабжение и на этом море являлось формальностью. Всё, что он смог с собой захватить, легко уместилось во внутренний карман: несколько шприцев да упаковка давно просроченного адреналина (просроченный адреналин в водно-полевых условиях вещь незаменимая!).
Влетев на пирс, аки пернатый из семейства Беркутов, он увидел своего товарища Мишгана и самого утопленника, которого активно пытался вернуть к жизни первый. Подбежав к бездыханному телу, Огромный Эд стал помогать своему однокашнику спасать жизнь бездыханному, как оказалось, срочнику: искусственный массаж сердца он производил с особым, не детским, старанием.
В то самое время, как Эд пыхтел с данной манипуляцией, Мишган переключился на активное нагнетание воздуха в лёгкие потерпевшего. Он задувал с таким старанием, что пар шёл даже из ушей. Учитывая разные виды утопления (сухое, мокрое, синкопальное) мои товарищи перепробовали всё: рефлекторный запуск, интубацию трахеи и даже просроченный адреналин в вену. Видя, что впустую уходит драгоценное время, прицельным выстрелом они вонзили шприц с потерявшим срок годности лекарством в область сердца. И тут же, не дожидаясь эффекта, продолжили реанимационные мероприятия.
Мероприятия эти, справедливости ради, заняли у моих друзей ни больше ни меньше целых пятьдесят минут, вместо положенных тридцати. Поскольку «скорой помощи» в Балтсрийске не было даже номинально, то никто её и не ждал. Морские доктора старались, превосходя свои возможности втрое. Один вовсю пыхтел, силясь раздуть лёгкие. Руки другого приросли к телу и, не останавливаясь, систематически теребили сердечную мышцу реанимируемого. Пот лился на пирс градом. Тем не менее, утопленный товарищ абсолютно не дышал и, что самое главное, — вообще никак не хотел оживать, словно на том Свете ему показалось лучше, чем на нашем
Мишган и Большой Эд долго и сердечно переживали, что не смогли спасти матроса, молодого парня девятнадцати лет. Действительно, это был их первый пациент, который ушёл не своими ногами. Вроде и делали всё правильно, и матрос в воде недолго «плавал», а спасти не смогли. Не вышло ничего и точка. Чувство бессилия, нахлынувшее в тот же день, поглотило товарищей полностью…
Вполне вероятно, что коллеги мои, участники тех жарких событий, и корили бы себя за эту упущенную жизнь до конца своей собственной, если бы не судебно-медицинская экспертиза, которая, как и положено, расставила все точки над «i»: она произвела вскрытие данного утопленника.
В первую очередь, у скончавшегося товарища матроса обнаружилась обширная внутричерепная гематома, размером с хорошее яйцо мастера Фаберже. Такие гематомы обычно бывают от ударов прикладом автомата или соприкосновения с головой тяжёлого гаечного ключа. Откуда подобное кровоизлияние появилось у срочника — очевидная загадка.
Во вторую очередь аутопсия показала массивный разрыв печени. Для тех, кто не с медициной и плохо представляет, что такое печень и в каком краю она находится, могу смело сказать, что у утонувших в реке товарищей не бывает подобного травматизма, если это не Белая река, разумеется. Есть, конечно, вариант, что в то время как матрос тонул, ему в правую автономную область живота врезалась чудовищных размеров рыба, которая плыла с неимоверной крейсерской скоростью…
Ещё оказались сломаны рёбра, но это уже не имело никакого прогностического и диагностического значения, так как со стопроцентной уверенностью можно было предугадать, кто эти самые рёбра поломал. Один из критериев хороших реанимационных мероприятий — искалеченные в поперечнике рёбра. Если не верите, откройте пособие по морфлотской трупоживологии. Разумеется, надо стараться делать массаж проекции сердца деликатно, но если Вы не спасёте человека, а на вскрытии обнаружат целые рёбра, то Вас по головке не погладят, это точно. Таковы неписанные правила.
Но, душевные мои, простите-простите. Что-то я ушёл от общей темы. Хотя, в принципе, продолжения данной темы и нет. Дело, как обычно, военные замяли, свидетелей потеряли, и навсегда осталось мрачной тайной, кто же «помог» утонуть матросу в тот тёплый летний вечер, когда Большой Эд, почесав левую лодыжку и смачно зевнув, собирался ложиться спать.