Чтобы далеко не ходить, возьмём Михалыча, у которого войсковая часть проходила проверку. Обычную плановую ревизию, приплывшую с флота. Приплыла она затем, что проверку у военных проходят все и всегда. Чем же ещё на море заниматься?
Раньше, при уходе лодки в автономку (три — шесть месяцев минимум), проверка неслась лишь с эскадры. Сегодня же, выходит, если кто на неделю, (в смысле — в поход) то тут уже понаедет проверяющих тьма-тьмущая: и с флота, и с Министерства, и ещё откуда-то. Но, даже при всём при этом нескончаемом наплыве, высшему руководству всё равно занять себя нечем. Поэтому береговые морские части, наравне с кораблями, тоже проверяют круглогодично. Вот и СРВ Михалыча проверяли. От нечего делать.
Звездастые дядьки, приехавшие по данному поводу в базу, отметили часть в лучшую сторону, относительно других береговых частей. Естественно, они и обосновали, почему так случилось. Не прихоти же ради.
Оказалось всё до ужаса просто. Проверяющих шибко порадовали две вещи: чисто вымытые полы и гладко накрашенные стены. Затем уж только, в эпилоге, отмечались иные плюсы работы СРБ. Итог: первое место за год…
…Чисто гражданская заслуга. Полы мыли служащие-инженеры. Краску служащие-врачи за свой счёт покупали. А потом наоборот. И так — каждые двенадцать месяцев. Полы — краска, краска — полы.
Тут мы имеем дело со своеобразными равнозначными весами: на одной их чаше премии и купленная краска, а на другой — отсутствие таковых. Даже невооружённым глазом, самому обыкновенному, среднему школьнику понятно, что деньги и краска намного тяжелее воздуха.
Вот я и подумал, а что случилось бы с Министерством Охраны без славной дружины служащих граждан и гражданок, а также их маленьких гражданят, ради которых они и гнут свои измученные спины, словно в рабстве?..
Михалыч, как заместитель начальника лаборатории, не мог смотреть на творящееся безобразие спокойно. Тем более, что половина служащих уже батрачила на море, когда командир ещё не только под стол пешком ходил, но и с горшком находился в самых тесных отношениях. И теперь выросший (физически) командир их ни в какой козырь не ставит (нет уважения, почёта, премий) и, вообще, относится с каким-то пренебрежением. Кощунственно.
И вот, совершенно неожиданно, по случайному стечению обстоятельств, лицезрел Михалыч график рабочего времени данной категории работников. И ужаснулся молча. И закусил со скрипом нижнюю губу. И замерло его сердце. Пульс стал аритмичный, неудовлетворительного наполнения, с частотой 50 в минуту. Отчётливо прослеживалась пульсовая волна вне сосудистой стенки. Артериальное давление неприлично подскочило. Получив прилив крови, сразу же побежал он, но не в госпиталь, а к командиру своему, с целью и ему поднять давление, отнеся официальный письменный запрос:
«Товарищ командир. Настоящим докладываю, что во время ознакомления со служебным временем в марте настоящего года обнаружил грубые нарушения Законодательства Царского в отношении подчинённого мне женского персонала.
Так, согласно Трудовому кодексу № 197 (статья 320: «Для женщин, работающих в районах Крайнего Севера, устанавливается 36-часовая рабочая неделя, если меньшая продолжительность рабочей недели не предусмотрена для них федеральными законами», и статья 92: «продолжительность рабочего времени сокращается на: 4 часа в неделю и более — для работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда»), продолжительность рабочей недели у женского пола нашей части должна быть не более 32-х часов в неделю.
Однако с момента вступления данного Закона РФ в силу и по текущее время, они батрачат 36 часов. Прошу Вас разъяснить, на каком основании свыше 4-х лет нарушаются права женщин СРВ.
21.03.2006 Имя Отчество Фамилия».
И присел он ждать ответа.
И ответил командир быстро, но, по-военному, непонятно:
«Тов. СТ. Л-Т м/с.
1. Ваш правовой минимум — «ниже плинтуса»;
2. Не льстите себе, Вам никто не подчинён, тем более женщины РБЛ;
3. Возьмите себя в руки.
23.3.6. подпись».