— Это Эссан Л’гот — Последнее Небо, — произнес Король, широко распахнув глаза. — То место, в которое вы попали, войдя в портал, лишь первая ступень к нему. В наших легендах очутиться здесь может только воин, достигший пика своих сил и максимального просветления… И то лишь после смерти.
— Так значит, мы оба погибли? — спросил Кенджи; чувствовал он себя совершенно обычно; впрочем, кто знает, какие ощущение, если они есть, человек испытывает после смерти, пока что никому рассказать о том не доводилось.
— Вряд ли, — произнес Король, перехватывая меч двумя руками. — Но то, что один из нас сегодня умрет — я не сомневаюсь.
И Кенджи при всем желании не мог бы с тем поспорить. Они вновь бросились друг на друга. Оружие их и они сами оставляли после себя в воздухе едва заметный след — точно на том месте, где мгновение назад был клинок, возникала его полупрозрачная тень, что чрез миг исчезала. Король более не отпускал шуточек, напротив — был максимально сосредоточен.
Очередной удар выбил катану из рук Кенджи, что отлетела куда-то в сторону. Он в тот же миг телепортировался назад на несколько шагов — и весьма вовремя. Меч Короля разрезал лишь воздух, сам же он усмехнулся:
— Ты можешь бегать от меня сколько угодно, но ты только отсрочиваешь неизбежное.
Однако Кенджи не собирался убегать. Совсем наоборот. Сделав вид, что пытается метнуться к лежавшей неподалеку катане, он перенесся вплотную к Королю, одновременно с тем вытащив вакидзаси.
Глядя прямо в глаза улыбающегося Короля, Кенджи, стискивая зубы от страшной боли, все глубже и глубже проталкивал лезвие, что воткнул в сочленение меж темных пластин, пока не вонзил вакидзаси по самую рукоять. Король опустил взгляд на собственный меч, торчащий в животе Кенджи, а потом поднял глаза:
— Ты… решил пожертвовать собой, чтобы убить меня? — в голосе его звучало неподдельное удивление.
— Именно, — сквозь стиснутые зубы произнес Кенджи и принялся медленно проворачивать клинок, пронзивший самое сердце того, кто когда-то носил имя Джиро.
— Но… Зачем? — изо рта Короля вырвался ручеек крови. — Зачем тебе умирать за мир, который ты уже не увидишь?
— Чтобы его видели другие, — прохрипел Кенджи, чувствуя, как у него начинает темнеть в глазах. — Те, кто заслуживают называть его домом. Прощай, Творец. Ты отправишься туда, где должен был быть уже много лет.
Король было хотел произнести что-то еще, но алый ручеек, стекающий ему на панцирь, превратился в настоящий поток. Он резко вытащил было окровавленный меч и занес его над головой — но так и застыл. После пальцы его медленно разжались, выронив клинок, и он медленно осел на землю, не сводя с Кенджи потухшего взгляда. Он же почувствовал, как за шкирку его точно подхватила чья-то невидимая рука. В ушах раздался резкий свист, все вокруг снова погрузилось во тьму, он резко ударился о землю — и, оглядевшись, обнаружил себя на том же самом месте, где не так давно вместе с друзьями бился против Короля и Всадников.
Напротив Кенджи лежало тело самого владыки демонов. Позади раздались вопли десяток глоток. Оглянувшись, Кенджи увидел вереницу воинов, что неслись прямо к нему, паля по Ветролову и Шторму, что стояли поодаль. Пули зачиркали по черным доспехам, не нанося их хозяевам вреда, они же взглянули на Короля, обменялись взглядами, а после Ветролов создал настоящую снежную бурю, в которой оба и скрылись. Воины же завопили:
— Повелитель демонов подох! Пепельный Король убит! Хвала Кенджи, главе Дома Пепла!
Крики их подхватили прочие, и уже вскоре весь о гибели Короля разлетелась над всем побоищем. Воодушевленное Святое Войско принялось драться вдвое яростнее, армия Короля же рассыпалась и пустилось в беспорядочное бегство. Кенджи взглянул на лежавшего неподалеку Белого Лиса, рядом с которым покоился сломанный меч, перевел взгляд на Куму, что силился подняться на ноги, потом посмотрел на полчища айров и демонов, что бежали прочь сломя голову, а то и вовсе раздирали друг друга на части, и понемногу провалился в мягкую перину незабытья. Последнее, что он запомнил — как несколько пар рук поднимают его в воздух, кладут на что-то твердое и быстро несут прочь, пока с серого неба падают крупные пушистые снежинки.
Эпилог
— До сих пор не могу поверить, что его больше нет, — вздохнул Макото, заерзал на месте, устраиваясь поудобнее на длинной скамье. — Эх, дружище, ну как же ты так…
В Каноку они вернулись почти месяц назад, но Макото до сих пор заметно прихрамывал и залезал в седло лишь со сторонней помощью, ровно как и спускался из него на землю, благо что он, можно сказать, отделался легким испугом и вообще остался жив и относительно цел. Знахари же утверждали, что уже ближе к лету Макото снова сможет размахивать мечом. А вот его другу — как и сотням других воинов, давших бой Пепельному Королю — повезло меньше…