Дело было вечером того же дня, как они вернулись в Каноку. Несмотря на поздний час, город кипел, как забытый на огне котелок, булькал слухами, шипел недомолвками. Кенджи со спутниками препроводили в резиденцию Змея — сейчас он сидел на кровати, в одних холщовых штанах, весь перемотанный повязками, пахнущий едкими мазями, коими лекари обильно смазали раны, не позабыв влить в него целый сё какого-то горького отвара. После этого они поспешили оказать помощь Белому Лису, Куме, Азу, Мальчику и Бурану — и если Кенджи, благодаря частицам Творцов, уже почти отошел от схватки с Королем, то вот состояние прочих было куда более плачевным.
Отдельной проблемой стали многочисленные зеваки, разогнать которых не удалось ни людям магистрата, ни воинам Змея. Жители Каноку сопровождали прибывших из портала всю дорогу — от площади до особняка Змеев — и разогнать их не смогли ни стражники, ни угрозы Хо отправить всех за решетку на пару дней. Отдельные наглецы даже было порывались залезть на забор, окружающий особняк, чтобы хоть мельком заглянуть в окна — но Макото выстрелом в воздух все же чуть охладил пыл храбрецов и заставил их держаться на почтительном расстоянии, пускай и не слишком далеко.
Макото хотел было что-то сказать и уже было открыл рот, как дверь грохнула — и в комнате возник Рю. Старик ничуть не изменился — выглядел он так, словно готов вот-вот задать взбучку любому, кто попадется под руку, разве что борода его, белая, словно молоко, обычно торчащая клоками во все стороны, теперь была аккуратно подстрижена и расчесана, да вместо каких-нибудь грязных тряпок одет он был в ладное кимоно черно-зеленого цвета, вдоль рукавов которой серебряной нитью вились змеи.
— Так ты действительно вернулся, — произнес он, какое-то время меряя Кенджи хмурым взглядом.
— Да, и ты не поверишь, что нам довелось пережить, — начал он.
— Погоди-ка, — перебил друга Макото, разинув рот: — Старик, ты что, напялил кимоно отца?!
Рю в ответ лишь отмахнулся. Не успел Кенджи вкратце рассказать старику про Пепельного Короля, как дверь снова грохнула, да с такой силой, что чуть не слетела с петель. Кенджи и опомниться не успел, как оказался в объятиях Шуноморо. Слушая хруст собственных костей, Кенджи уже было подумал, что проведет в кровати куда больше времени, чем планировал, когда здоровяк, к счастью, разжал медвежью хватку.
— Поверить не могу, что ты жив! — воскликнул он. — Признаться, я до последнего лелеял надежду увидеть тебя хоть раз, но… Будем честны — с каждым днем она таяла, словно свеча. Вы представьте — весь город говорит о том, что вы вывалились на главной площади Каноку через портал, да не одни, а в компании демонов. Умора, верно?
Заметив, что никто даже не улыбнулся, Шу разинул рот и в немом вопросе уставился на Кенджи, однако стоило ему только открыть рот, как несчастная дверь снова загрохотала — похоже, к утру понадобится вызывать плотника — и перед Кенджи, чуть ли не подпрыгивая на месте, стоял Сол, прижимая к груди свою неизменную сумку.
— Господин Кенджи!.. Господин Кенджи!.. — возопил он, захлебываясь от восторга. — Поверить не могу, что это вы!.. Я знал, я знал, что вы вернетесь! Все до единого твердили мне: «Забудь, Сол, паренек уже мертв, пускай пока и не знает об этом», а я же упрямо повторял: «Нет! Господин Кенджи — не какой-нибудь зеленый юнец второй ступени!». Жаль, что вы так стремительно покинули город, что не успели оставить мне поручения по поводу ваших денег…
— Я тоже рад тебя видеть Сол, — улыбнулся Кенджи, хотя еще не так давно толстячок вызывал у него далеко не самые светлые чувства. — Что же касается золота — забудь, все в порядке. Это последнее, что меня сейчас волнует, у нас намечаются проблемы посерьезней. Не стоит оправдываться — потерял и потерял…
— Потерял?.. — непонимающе захлопал глазами Сол. — О, нет-нет-нет! Напротив — приумножил. Сумму, полученную от господина Ямамото, я одолжил одному знакомому лавочнику, что провернул парочку сделок и увеличил ее вдвое. После я по весьма выгодной цене выкупил партию шелка из Хонга, перепродал, выдал несколько ссуд под хорошие проценты… В общем, вы, господин Кенджи, теперь счастливый владелец купальни «Тихий Поток», ну а я управляю ей от вашего имени. Если вы не против, разумеется.
— Погоди-ка, — нахмурился Макото. — Так та купальня, о которой говорит весь город — твоих рук дело? Что же ты раньше молчал?
— Так никто и не спрашивал, — развел руками Сол и виновато улыбнулся. — Рад слышать, что мои старания не прошли даром — я пару вечеров кормил и поил самых популярных городских модников, а за ними уже подтянулись все прочие… К слову, — Сол хитро подмигнул. — С друзей господина Кенджи, разумеется, мы не возьмем ни монетки.