— Госпожа, мы готовы! — доложил Пень поедая глазами Иштар. Несмотря на свой возраст ближе к пятидесяти он оставался живчиком. Да и Улей скидывал каждому попавшему сюда лет пятнадцать-двадцать. Бравый усатый полковник чем-то притягивал Иштар, но и всемирно известный индеец Красавчик тоже был неплох. Нимфа пока не знала кому из них отдать предпочтение и решила ещё раз посмотреть за ними в боевых условиях. Всегда ведь можно устроить тройничок. Жизель сразу поняла намерения своей новой хозяйки и решила не возникать. Впрочем, сама мысль помешать нимфе была смехотворна. Уж при её внешних данных отбоя от желающих покувыркаться с ней не будет. Здесь главное не перечить Иштар и оставаться в команде, иначе можно в один миг стать трупом. Пусть трахает индейца, пусть дёргает за усы старого пердуна. Она была с обеими. Вместе и по отдельности, они ей уже надоели!
— Забирай всех, полковник. Чтобы никого не осталось в лагере. К чему нам лишние свидетели! — хищно улыбнулась Иштар.
— Госпожа, ты мой идеал! — пылко воскликнул Пень разглаживая усы. Полковник постоянно теребонькал их своими сальными руками и сейчас они угрожающе торчали у него как копья в разные стороны. — Если я правильно понял, то массовку для эпизодических ролей мы всегда сможем набрать на трассе?
— Ты быстро учишься, полковник. Именно так, но тебе разве не жалко своих друзей?
— У меня нет друзей кроме тебя, госпожа, — в порыве чувств Пень встал на одно колено и поцеловал руку Иштар.
— Зови меня просто Иштар, негодник, — нимфа погладила полковника по голове и взглянула на свою сальную ладонь. — Да, и помой потом волосы.
— Слушаюсь, — Пень резко встал и побежал на улицу командовать колонной.
— Вечеринка обещает быть интересной, хоть если учитывать, когда мы туда доберёмся это уже будет утренник, — сказала вслух Иштар, — тем веселее. Приятных снов, барон. Ты, падаль гнилая мне за всё ответишь. И плевать сколько людишек сегодня умрут с обеих сторон.
Иштар натянула сапоги и наглухо застегнула кожаный плащ. Один нож она демонстративно повесила на пояс, второй воткнула в голенище сапога в специально пришитые ножны с внутренней стороны. Красавчег отобрал у кого-то дамский Браунинг, его она припрятала в широком рукаве плаща. Ещё один пистолет ТТ она вложила в кобуру на поясе. Проверила противогаз в сумке и вышла на улицу. По-хорошему нужно было взять второй противогаз, но Иштар понимала, что запас смеси ограничен и кидать его будет барону некогда. И даже в этом случае она могла отобрать противогаз у любого, кто окажется с ней рядом. И как последнее средство у неё на шее в герметичном медальоне покоилась белая жемчужина. Со слов полковника со скребберами у них была напряжёнка по эту сторону Пекла. Последнего видели полгода назад и то не убили, так что белая на этой стороне стоила баснословных денег. К примеру, в Гранитном по неподтверждённым слухам она была только у самого Гранита.
Пень усадил нимфу в командирскую машину в середине колонны и взревев моторами люди Иштар выдвинулись на стрелку. Два знахаря имевшиеся в караване приготовили три сотни доз дорогущего лайт-спека, это всё что у них было. Иштар приняла решение выдать его штурмовым группам непосредственно перед атакой. Наверняка они повстречаются с такими же пассажирами, у которых глаза горят оранжевым огнём. Пень развлекал её байками рассказывая, как он в девяностых годах двадцатого столетия бандитствовал на трассах Дальнего востока. Как ловили перегонщиков машин из Японии, чудом выбравшихся из Находки и Владика. Как закапывали их живьём ещё в лесу на обочине, как потом пили неделями на радостях запульнув машины своим перекупам. Как стрелялись с конкурентами и прочие шалости. Иштар слушала его в пол-уха, а Пень испытывал потребность поведать кого-нибудь о своих «подвигах». Ведь находясь в «цивилизованном» обществе в Гранитном или своём бывшем стабе он не мог хвастаться, Пень изображал из себя нечто среднее между Суворовым и Сталиным, сохраняя рассудительность и показывая свою житейскую мудрость. Только два человека во всём стабе знали откуда прибыл Пень и за что он там оказался.