— Слышь, Леший… ты эта, когда пойдёшь к нему, не болтай о базе? Договорились? — умоляюще посмотрел на меня Вепрь.
— Ну, смотря сколько ты мне отслюнявишь в рейде, на? — надо торговаться, обязательно надо.
— Пять процентов на вас шестерых, идёт? — Глаз при такой цифре начал усиленно шмыгать носом.
— Нет, не идёт! Я тебе, можно сказать, пещеру Али-Бабы сдаю набитую доверху техникой, а ты мне пять процентов, — покачал я головой.
— Ну ладно десять, — он отдал бы и пятьдесят в надежде грохнуть меня после.
— И две белых жемчужины, на! — наглеть так до конца.
— А ты не прост! — потряс он передо мной своим пальцем размером с батон докторской колбасы.
— Ну дык, время такое, — я стыдливо пожал плечами.
— Хорошо, как покажешь получишь две белых, — за троном усиленно шмыгал Глаз, не веря своим ушам. Вепрь сейчас пообещает даже Ленина воскресить, лишь бы я его на место доставил. Ага, на!
— Нет, жемчуг вперёд, сразу перед поездкой. Оно мне так спокойнее будет, — пусть помучается, жиробас!
— Ну ты и жук. Хорошо, получишь ты своё. Ну, а пока завтра в рейд. Ты в самое пекло не лезь, ты мне ещё живым нужен, — подмигнул он.
— В шесть утра мы будем у южных ворот, — я пожал руки Вепрю и Глазу и вышел. Спиной я чувствовал, как они сверлят меня взглядами. Сейчас поди Глазу хвост накручивает. Этот свин тоже далеко не прост, скорее всего попробует кого-то из моих склонить на свою сторону. Дурачок даже не догадывается, что это невозможно. Я так и не понял за всё время здесь, как можно добровольно стать муром. Ну понятно, когда они находят свежаков и те ничего слаще морковки не пробовали. Но ведь среди них были перебежчики, а таких у них не меньше тридцати процентов. Каким же надо быть, сука отбитым, чтобы добровольно записаться в муры? Даже разбираться не хочу, моё дело найти и прикончить. И похоже они все здесь давно заслужили пару атомных взрывов. Базу они копать собираются! Портал решили построить, вот радость то какая! Под боком у Вавилона будут вылупляться внешники. А этот жиробас решил в Вавилоне покомандовать. Не рано ли мы Иштар отрихтовали? Надо будет спросить папашу Каца, возможно ли вернуть ей на время дар, чтобы она качественно отмудохала муров по старой памяти. Я вышел на улицу и увидел концовку драматического конфликта.
— Клал я на вашего Лешего! Сейчас его Вепрь уничтожит и вам всем придёт пиздец, — вокруг нашего броневика собралась толпа. Рядом с машиной стоял Сиплый, остальные похоже сидели внутри. Лиана не могла стрелять, так как муры стояли рядом с корпусом и находились в мёртвой зоне орудий броневика.
— Ты чего базаришь, сявка? — прошипел Сиплый держа руку на рукояти ножа. — Тоже хочешь в компост сыграть?
— Ты моего кореша грохнул, гнида. Конец тебе. И всем вашим. Баб мы не сразу убьём, — вот же непруха, надо было успеть пока не началось. Не хватало ещё Вике начать, я совершенно не хотел лишаться козырей и раньше времени раскрывать наши способности. Хотя чего я, Сиплый их один всех разберёт. Сколько их там? Пятеро.
— О чём базар? — крикнул я издалека.
— Ну и чего ты теперь скажешь? Теперь ты мой, пацанчик, — улыбнулся Сиплый. — Начальник, вот мясо буровит. Можно?
— Конечно, почему нет. Вепрь будет не против. Мы с ним по корешам теперь, — сообщил я великую весть.
— Да я с ним уже три года, а ты кто такой? Я тебя в первый раз вижу, — уже не так громко спросил мур.
— Никто, на.
«Одер»!. Сиплый моментально оказался за броневиком поняв, что будет дальше. Я решил порадовать их электричеством. Электросудорожная терапия по откликам товарища Каца достигла небывалых успехов в Советской психиатрии. К тому же мои дары возросли ровно наполовину благодаря обручу. Но я всё-таки предполагал, что они тоже не захотят просто так расставаться с жизнью и оказался прав. Зачинщик свары остался неподвижным, но вот пара муров из тех пятерых, что подошла качать права, оказались такими же клокстопперами, как и я. Оба понеслись ко мне. И всё-таки я был быстрее их, если такое вообще возможно. Вроде бы скорость под даром одна, максимальная, но по факту я двигался быстрее. Но сейчас я не собирался вступать с ним в поединок и окутавшись электрической бронёй нанёс ближайшему хороший встречный удар разъярёнными электронами.
Сгусток раскалённой плазмы, закрученной жгутом, преодолел десять метров, разделяющих нас, и испепелил мура. Второй в это время рывком поглотил расстояние между нами и нанёс ударом ножом снизу вверх целя мне в живот. Ого, какие здесь откормленные ребята, мелькнула мысль в голове. И тут же мне стало стыдно, я не успел отбить его руку или уйти с линии удара. Непростительно, а если бы у меня не было брони? Да ну, брехня. А если бы у бабушки был хрен? Броня надёжно окутала меня и тотчас сожгла чужеродный предмет. Я в очередной раз корил себя за забывчивость, мои великолепные наручи остались в броневике, иначе я бы их угостил ещё и плазмой. Мур с удивлением уставился на свою, по локоть сгоревшую руку, и вывалился в реальный мир. Нет, не такие уж они и толстые. Ну пусть пока полежит, добивать я его не стал и переместился к застывшим троим мурам.