— Сиплый, Лесник, держите меня, — крикнула Вика, открывая боковую дверь на полной скорости. Мы вцепились в неё, даже папаша Кац ухватился за лодыжку. Валькирия работала штурманом указывая куда рулить Лиане и где меньше сверчков. Пока мы бегали от них они появились буквально везде и старались взять нас в кольцо. Но страшнее всего был конечно же слон. Он практически нагонял нас несмотря на бешено работающие пушки и пулемёты. По ушам колотили бесконечной трелью выстрелы, отовсюду доносилось рычание возбуждённых сверчков и рёв обиженного слона. Один солдат сидел у него на загривке и яростно бил ему по дырявой голове своим щупальцем подгоняя его. Короче, если Вика сейчас не снимет их с хвоста, то мы окажемся в окружении и нашу миссию можно будет считать завершённой. Вот уж никто не ожидал такого негатива от малохольных на первых взгляд «опылителей».
Вика взглянула на скачущего в десяти метрах от нас слона и на мгновение прикрыла глаза. И тотчас между ним и броневиков выросла невидимая стена. Вся эта безмозглая орава на полном ходу влетела в препятствие. Послышался треск и вопли боли. Более лёгкие сверчки отделались переломами, а вот слону досталось по полной. Его хобот оказался где-то в районе задних ног и смешно торчал из задницы. Огромная голова с дыркой превратилась в пончик. Рога отвалились, и сам сверчок-слон стал в два раза короче. Нелепо перебирая двумя ногами, потому как остальные торчали оттуда же откуда и хобот, слоник попытался подняться и завалился на бок. Звук, произведённый им посредством хобота, торчавшего их задницы, был великолепен. И дословно повторял звуки деревянного туалета нашей воинской части.
Но всё это было только прелюдия к основному действию. Сверху на оглушённых сверчков упал молот Тора и вбил всю компанию в землю метров на десять. На этот раз в живых не осталось никого. Вика, по-моему, даже перестаралась, мы сразу почувствовали, как она обмякла, потеряв сознание и втащили её обратно в салон. Пушки перестали работать и на нас обрушилась тишина. Сиплый держал на руках Вику. Папаша Кац раскрыл свой ридикюль и достал лайт-спек. Быстрым отточенным движением он вонзил иглу в предплечье девушки и та, как в сказке сразу открыла глаза. Её зрачки, угрожая, лопнуть критически расширились и напомнили мне фотографию какого-то не то «полководца», не то мура в зелёной футболке.
— А… кайф! Я жива? — пробормотала Вика.
— Пока да, — лаконично ответил папаша Кац и не мешкая воткнул второй шприц-тюбик себе в плечо.
— Изя! Тебе-то зачем? — всполошилась Валькирия. — Ты ранен?
— Я таки проверить, — прошепелявил знахарь, сверкая отсутствием трёх зубов в верхней челюсти и чуть не взлетел под потолок. — От этого шлемазла можно ожидать чего угодно! Вдруг обманул?
— Изя твой, законченный наркоман и извращенец! — крикнула Лиана, ловко наехав сразу на двух сверчков. — Зря ты с ним связалась, Валька! Хлебнёшь ты горя с этим старцем!
— Леночка! Вы на себя много берёте! — заплетающимся языком ответил папаша Кац и засмеялся.
— Правее, разгоняйся! — крикнул Валькирия. Истерзанный броневик взревел, терзая землю всеми ведущими и понёсся на пригорок куда указала сенсор. Пару секунд мы наблюдали небо, а потом машина прыгнула с пяти метров вниз на дорогу к стабу. Хорошо, что никто не убился по приземлении, броневик сразу встал в колею и развивая предельную скорость погнал к южным воротам. Шесть километров мы проглотили за пару минут и влетели в едва приоткрывшиеся ворота. За нами никто не гнался, но волосы у нас стояли дыбом. Броневик дал полицейского разворота и замер на площадь перед южными воротами.
— Ебать колотить! — папаша Кац вывалился первым из броневика и пополз ужом в сторону. Его поймали и поставили на ноги. Изю колотила крупная дрожь, пока кто-то не сунул ему в руку бутылку вискаря. Из кабины вылезла Лиана, её рыжие волосы стояли дыбом и даром что не искрились, следом за ней показалась бледная Валькирия. Мы распахнули боковую дверь и вытащили с Сиплым седого как лунь радиста. Его тут же уложили на плащ-палатку и застыли в нерешительности. Последняя показалась Вика в отличном расположении духа. К нам бежали нолды. Среди них я заметил самого полковника Дорна. С другой стороны, скрипя колёсами стремительно и зловеще приближался передвижной трон вместе с Вепрем. Вместо двигателей, как всегда, был Глаз и Прохор. Нас окружили подозрительно рассматривая.
— Чего это вы одни? — нарушил молчание Вепрь.
— Ну так, — папаша Кац вытер рукавом рот, — так получилось.