— Маша! Не ходи туда! Они там Светку уже третий час мурыжат!
— И не собиралась, вот новые хозяева разберутся, — она кивнула на нас.
— Их там двенадцать человек!
— Отличная цифра, — улыбнулся я. — Вера, сколько у вас всего негодяев из команды Цыгана?
— Ну, — она закатила глаза в потолок. — Семерых вы уже того… — Маша и девочка вскрикнули. — Здесь двенадцать. Ещё человека три где-то спрятались, но мы их сами. Можно? У нас тоже накопились вопросики к ним.
— Да, пожалуйста, мы не жадные, — прокаркал папаша Кац.
— Можно я войду к ним первая, а вы подождите чуток? — Вера спросила меня. Чего это она такая добренькая стала вдруг?
— Можно, — кивнул я.
— Вера, держи, — Сиплый сунул ей в руки прозрачный пакет с чём-то чёрным внутри. Она взяла в руки и брезгливо поморщилась. — Две минуты.
Маша уже ждала её и открыла дверь своим мастер-ключом. Из двери повалил пар и Вера, распахнув дверь ударом ноги зашла в апартаменты. Мы не вмешивались и только подглядывали из-за угла. В центре большой комнаты стоял длинный стол, скорее всего это были кабинеты для больших компаний. За ним сидели несколько человек. Пятеро с одной стороны и пятеро с другой, где были ещё двое мы не увидели. На стене на крючках висела одежда и оружие, в основном автоматы. Я перевёл взгляд на стол и нервно сглотнул. Перед распаренными мужиками, завёрнутыми в простыни, стоял натурально таз крупных креветок и в другом таком же лежали варёные раки. Ну и так всякой закуски по мелочи, не считая множества всяких бутылок. Чтобы я так жил! Последний месяц питались мы из рук вон плохо. Повара у муров надо было сразу пристрелить.
— О, Верунчик! На субботник пожаловала? А то Светик совсем выдохлась! Сейчас до кондиции доведут, да и выбросят в окно, — за столом виднелись две двери и одно большое окно в торце.
— На, Гнедой, посмотри, что тебя ждёт, — она бросила на стол пакет сбив несколько бутылок. Синие заинтересовались содержимым пакета и раскрыли его, брезгливо вытащив из него скальп Цыгана. Когда только Сиплый успел снять его, подумал я.
— Это то, что я думаю? — угрожающе спросил самый мордатый, которого Вера назвала Гнедым.
— Да, скальп Цыгана. У тебя два варианта. Первый, ты сам прыгаешь в окно. Второй я тебя расстреляю и потом опять же выкину в окно.
— В натуре ботва Цыгана, вот у него и прядка седая была. Красил он её, — заржал пьяный собутыльник Гнедого.
— А третьего, где я тебя трахну в жопу нет? — Гнедой встал из-за стола и шатаясь пошёл к Вере.
— Второй вариант! — у Веры в руки оказался пистолет она двумя выстрелами прострелила Гнедому колени. Тот упал, завизжав как суслик. Остальные повскакали с мест и бросились к оружию… и сами того не ожидая отлетели к окну.
В комнату вошла Вика и держала всех любителей коммунистических субботников, прижатыми к стене. За ней в бане оказались и мы. В дверях остались две девушки, на их лицах сверкала радость.
— Где ещё двое? — тихо спросил Сиплый. Все молчали, и только Гнедой визжал, рассматривая свои развороченные колени, боясь, пошевелить ногами. Сиплый молча подошёл к нему и воткнул нож в сердце. В комнате наконец-то стало тихо. Один из синих показал пальцем на дверь. Сиплый моментально оказался возле неё. Внутри мы увидели двух отдыхавших мужичков. Они вообще никак не отреагировали на выстрелы и визг, скорее всего уже привыкли к такому. В углу комнаты на полу натянув на себя грязную простынь забилась заплаканная девушка. Всё лицо её было в побоях, руки тоже в синяках.
— Чего тебе? — лениво произнёс жирный как слон мужик. Сиплый взял его за волосы и потащил вон из комнаты. Я сгрёб второго. Папаша Кац уже предусмотрительно открыл окно. Всех остальных Вика «задвинула» к противоположной стене. Сиплый, не напрягаясь подхватил жирного подмышки и резким движением выкинул в окно. На улице раздался резкий крик ужаса, но на удивление быстро затихший. Второй любовничек последовал за ним чуть погодя. Пришлось сперва переломать ему руки, а то он ими размахивал, пытаясь зацепиться за раму. Этот орал дольше.
— Что с этими делать? — спросила Вика.
— Туда же их. Нельзя оставлять, иначе опять вырастет, — спокойно сказал Сиплый. Я с ним был полностью согласен. Маша подбежала к одному из них плюнула ему в рожу. Вика подтолкнула первого к Сиплому стоявшему у окна. Тот заорал что-то неразборчивое, но тут же улетел догонять остальных. Через десять минут никого из двенадцати не осталось.
— Устроили здесь, понимаешь, тайную вечерю, шлимазлы, — проворчал папаша Кац.