Глиссер прошел над гусеницей и вошёл в дремучий лес лентообразных водорослей. Ира понажимала клавиши и вызвала на экран радар, убрав линию маршрута в маленькое окошко. Радар показал нам гусеницу, оставшуюся позади. Больше ничего большого впереди не было, я расслабился. Лес водорослей вяло колыхался под невидимым течением, зато у нас за кормой выброс закручивал их в спираль. Мы шли почти рядом с отвесной прямой стеной. На ней росли какие-то красные штуки размером с баскетбольный мяч и мы, приблизившись, отломили одну. Я поместил «мяч» в сетку рядом с собой. Мало ли что-то полезное, пусть папаша Кац разберётся как вернёмся, подумал я. Чуть дальше катер вошёл в новый вид водорослей. Толстые круглые стебли каждые полметра имели тонкие отростки, в свою очередь оканчивающиеся обычными кувшинками только подводными. Я сорвал одну и преподнёс Ире, она кивнула принимая её. Вовремя спохватившись, я нарвал ещё пока мы ползли мимо. Лиана же увидит кувшинку и конечно же захочет такую же.
Катер выскочил в широкий каньон с песчаным дном и каменными стенами уходившими высоко вверх. Я посмотрел на глубинометр и немного охренел. Сейчас мы находились на почти четырёх километрах ниже поверхности озера. Несмотря на это вокруг было светло и красочно. Солнечные лучи, естественно, на такую глубину не проникали, но видно было как днём. Скалистые стены были покрыты желтыми, белыми и красными цветами похожими на морские звёзды. На дне опять копошились крабы, я показал Ире знаком, чтобы она опустилась ниже, хотелось рассмотреть краба поближе. Вдруг его можно взять абордаж и притащить к нам. С целью сварить под живчик. Она наклонила джойстик, и катер подошёл к ближайшему панцирю метров на двадцать. Нет, такого, пожалуй, не утащишь. Панцирь раза в два больше нашего катера, и потом как его одолеть? Сам краб делал вид, что не замечает нас, но начал потихоньку двигаться к нам. Я дотронулся рукой до руки Иры, но промахнулся и получилось до её груди. Она кивнула и подняла катер выше от коварного краба. Мою оплошность она никак не прокомментировала.
Краб задрал переднюю часть с глазами выглядывающими из глубоких впадин хитина и поднял к нам клешню с человеческий рост. Наверняка хотел нам погрозить, но тут произошло нечто. Песок рядом с ним начал двигаться, превратившись в воронку. Остальные крабы всполошились и бросились врассыпную и только «наш» наблюдал за нами в надежде поймать нас. Песок разошёлся буквально метрах в десяти за ним и в воронке показалась кошмарная морда червя с пастью, разделённой на четыре лепестка. Каждый лепесток обладал иглоподобными зубами с загнутыми внутрь. Сама пасть достигала в диаметре метров двадцать, в которую со свистом пройдёт краб и наш катер в придачу. Какое же должно быть тело?
И тут радар на дисплее замигал красным показывая нам тело, ползущее под слоем песка. В черве было не меньше сотни метров. Совершив стремительный бросок, морда с изумительной точностью прикусила «нашего» краба. В пасти червя он казался совсем крохой. Кстати, на его месте вполне могли быть и мы. Краб расставил в стороны клешни не желая быть проглоченным, но червь мощными сокращениями пасти втащил тело внутрь и нырнул назад в песок. Придонная муть улеглась и песок полностью скрыл следы внезапного нападения. Разбежавшиеся было крабы спокойно занялись своим дело справедливо полагая, что червь в ближайшее время уже не появится.
Ира потянула джойстик на себя поднимаясь выше и повела катер дальше по линии маршрута. О её состоянии говорили её испуганные глаза, впрочем, у меня глаза были не лучше. Быть съеденным за здорово живёшь не входило сегодня в мои планы. У меня мелькнула мысль, что Астра восстановит нас, наверняка во время операции она взяла образец ткани у Иры, но всё равно я не хотел приобретать подобные воспоминания. Каньон неожиданно кончился, Ира вела катер на максимальной скорости желая побыстрее свалить из него и не рассчитала скорость. Мы пулей оказались на большой воде. Жёлтая линия маршрута здесь уходила круто влево, но на такой скорости мы ожидаемо вылетели за пределы маршрута. Ближайшие скалы мелькнули слева. Я даже успел разглядеть несколько гротов в отвесной стене. Дисплей катера окрасился красным светом. Ира попыталась повернуть налево, но мы попали в коварное течение пролетев лишние три километра по прямой. Оно захватило мелкое судёнышко и теперь неумолимо тащило катер вперёд. Глиссер совершенно не слушался рулей и педалей. Ира включила задний ход, но это всего лишь немного замедлило наш стремительный полёт в чёрную бездну.