Червяк извиваясь в туннеле, спешил обнять нас как дорогих гостей. Из его круглого как веретено туловища в районе головы показались несколько десятков отростков толщиной в ногу взрослого человека. Он выстрелил ими вперёд, и они мигом достигли корпуса остановившейся лодки. Двигатели работали, но мы стояли на месте не в силах преодолеть слизь. К сирене в командирской рубке прибавился тревожный мигающий красный свет и свёл наш глаза с ума.
— Астра, как выключить этот блядский цирк? — раздражённо спросил я. И тут же все исчезло.
— Командир. Обнаружено воздействие на корпус. Первый слой пройден! — в приятном голосе Астры послышались истерические нотки.
— Как это «пройден»? А как же усиленная конструкция? — негодуя взвился папаша Кац. — Кто обещал нам, что корпус почти ничем нельзя взять?
На экран сейчас транслировалось изображение с кормовой камеры. Червячище широко разевал свою пасть, расходившуюся на четыре лепестка утыканную острыми игольчатыми зубами, но всё никак не мог ухватить нас за корму. Зубы его скользили и срывались, червяк бесился. Щупальца, росшие у него из-за головы, облепили нас и медленно «сверлили» корпус корабля.
— Корпус на самом деле усиленный, но кислота, используемая объектом, не идентифицируется, — ответила Астра. — Я не знаю её формулу.
— То есть вам о такой неизвестно? — спросил я. — Лиана, это надо прекращать. Мы ещё даже до кластера не добрались, а нам уже дырок насверлили. Сколько у нас этих слоев в корпусе?
— Пять всего, первый самый тонкий, скорее декоративный, дальше под ним идёт керамика и вряд ли червь её растворит.
— Астра, что там говорила о круговом воздействии на окружающую нас фауну? — прокаркал папаша Кац.
— То, что можно нанести круговой удар, то есть оттолкнуть объект, если он подойдёт к кораблю в слепой зоне орудий, — бесхитростно ответила Астра.
— И такие есть? — почесал лысину знахарь. — Оттолкните его тогда от нас. Пусть уберёт свои присоски.
— Я сделаю лучше! — Лиана что-то нашла в описании корабля. — Я вскипячу вокруг нас воду.
— Думаешь это его напугает? — скептически заметила Ирка.
— Никто не любит кипяток! Вот так, — Лиана нажала несколько пиктограмм на панели управления и вокруг корпуса помутнела вода. Затем появились маленькие пузыри, ещё через пару минут забулькали большие. — Сейчас я ему яйца вскипячу!
— Смотри, ему не нравится! — воскликнула Вера. Мы увидели, как червяк начал извиваться и мотать башкой. Его лепестки захлопнулись, вероятно, чтобы не пропустить кипяток внутрь тела. Щупальца по одному отклеились, оставив после себя круги наполовину растворённой обшивки. Всё же не до конца, так немного испортил товарный вид прибавив боевых шрамов. Червь категорически не любил кипяток и быстро отчалил. Лиана выстрелила ему вслед, но задела всего лишь краем, когда червяк смылся в свою нору. Разочарованный и очень злой. Больше нас никто не задерживал и на полном ходу выскочили из туннеля соединяющего наш стаб Нью-Йорк и кластер Набережная. Стоило нам только выплыть, как Астра запустила разведчиков. Два подводных, которые понеслись в разные стороны картографируя местность и один пронзив три километра воды до поверхности ушёл в небо под маскировочным полем.
— До перезагрузки ещё шесть часов, — сообщила Астра, — нам надо отплыть на стаб, иначе сами попадём в замес.
— О, слова какие! Замес, — восхитилась Вика и повернула корабль налево.
— Я изучаю вас. Это слово употребляется наиболее часто среди ваших коллег на базе. Оно нецензурное?
— Вполне обычное. И много ты знаешь слов сейчас? — спросил папаша Кац.
— Ну разные знаю, — Астра сделала вид, что размышляет, уподобляясь самому Изи. — Больше двадцати тысяч слов, я полагаю.
— Ух ты, Женя вон сотней обходится. Стоять, смирно, лежать, сидеть, фу, фу на тебя ещё раз, — заржала Лиана.
— Всё, ты меня достала. Как командир нашего батальона, объявляю тебе трое суток на помидорной диете! Хлеб и помидоры!
— А мне, Жень? — жалобно спросила Ирка.
— И тебе!