Вика резко затормозила и направила корабль в обход по кругу. Настала очередь скреббера атаковать нас. Он резко взмахнул краями ромба и крутанулся в воздухе поменяв направление движения. Перед нами возник чёрный летающий змей. Его бахрома повернулась в нашу сторону и выстрелила множеством сгустков липкой субстанции всё того же чёрного цвета. Нас разделяло двести метров и плевок достиг нас за несколько секунд. Вика даже не успела развернуть корабль, мы так и пролетели по инерции навстречу липкой волне.
— Командир, фиксирую повреждение внешней оболочки, — бесстрастно заявила Астра стоя рядом. Чуть позже данные о повреждениях мы увидели на экране управления. — Потеря двадцати процентов первого слоя. Непрогнозируемое воздействие! Неизвестная субстанция!
— У тебя что не атака, так неизвестной хернёй, — Сиплый еле сдержался, чтобы не сплюнуть.
— Спокойно, Астра! — крикнула Лиана и снова начала сводить пушки в прицел. — Как же ты меня задолбал, гондон!
— Невероятно! — не унималась Астра. — Он плавит нам второй слой! Это невозможно, материал проверен в самых жёстких средах. Он держит температуру короны звезды.
— Всё, он труп! — гомерически захохотала Лиана.
Она свела в прицеле все четыре носовые гравитационные пушки, и с мстительным выражением лица нажала на гашетку. Так-то стволы не крепились в одном месте и могли спокойно перемещаться по корпусу, но только с одним условием. Четыре во фронтальной полусфере и четыре в задней. Изначально все четыре смотрели по сторонам включая низ и верх. Собрав всех в кучу, Лиана максимально увеличила энергию выброса. Под водой примерно с такой же дистанции скреббера выгнуло, посмотрим, что будет сейчас. Буквально за доли секунды перед выстрелом скреббер успел открыть свой глаз и вновь атаковать нас. Мы получили практически одновременно с ним. Световой импульс на этот раз прошёлся по нашим глазам, корабль не успел автоматически погасить всю мощь выброса. Все, кто в этот момент смотрели на экран, получили великолепные зайчики от сварки и выбыли из строя.
Вика как раз отвернулась и удержала корабль. Лиана временно ослепла, Ирка, Вера и Сиплый тоже. Мне повезло, в этот момент я ковырялся в носу и пытался незаметно избавиться от козявки, высматривая куда её лучше выкинуть. Папаша Кац также смотрел вниз, шаря по карманам в поисках фляжки. Следом за световым импульсом последовал низкочастотный рык на грани слышимости, и я почувствовал, что оглох, а из моих ушей стекает кровь по скуле. Изя с фляжкой в руке почему-то завалился под стол дёргая ногами. Вика ещё держалась, мотая головой. Лиана уткнулась лицом в панель. Все остальные ползали по полу изрыгая витиеватые ругательства, адресованные ромбику. Сам же ромбик порвался. Ровно посередине в чёрном глянцевом теле зияла громадная прореха, в которую мог легко проехать броненосец Потёмкин со всем политбюро в придачу на палубе. Среди болтавшихся потрохов скреббера мелькали синие искры и сам он почувствовал себя хреново. Во всяком случае играть с нами в бутылочку он больше не стремился.
Скреббер издал леденящий душу вой и брякнулся с высоты в воды озера вызвав фонтаны воды. Однако тонуть он не спешил, колыхаясь на волнах. Я понял, что пришелец решил медитировать и заодно восстановиться. Разжав накрепко сжатые пальцы Лианы, ухватившие джойстик, я направил прицел на скреббера принимающего ванну. Сводить я не стал и зафиксировал орудия на каждом из углов ромба. Вика поняла без слов, что я захотел сделать и пыталась удержать корабль точно на скреббером. Выстрел! Все четыре угла ромба судорожно загнулись как тапки у одного фрица, когда я въебал по нему из его же фаустпатрона! Вместо ожидаемого рёва я услышал тонкий писк, но не менее противный. Ромбик съёжился и начал тонуть. Не знаю убил ли я его или нет, но скомандовал Вики продолжить преследование.
На протяжении всех трёх километров до самого дна скреббер не подал признаки жизни. Мы двигались параллельно, я неотрывно ловил его прицелом. Лиана сидела рядом и почти ничего не видела. Уже в самом конце спуска очнулся папаша Кац и вылез из-под стола с широкой улыбкой на лице. Глаза его блуждали, редкая шевелюра колыхалась при движении напоминая мне облысевшего ежа. Придя в себя и сделав неприлично большой глоток из фляжки, он наконец-то приступил к обязанностям врача. Скреббер как осенний лист плавно опустился на дно в полукилометре от расщелины на стороне стаба и застыл. По мере погружения из чёрного он становился серым и сейчас почти ничем не отличался от грунта. Медлить было нельзя и я быстро переоделся в скафандр акванавта и побрёл к шлюзу прихватив с собой клинок внешников. Меня ещё шатало, по всем признакам меня неплохо контузило, но я хотел быстрее выпотрошить зверюгу и уже заняться предстоящим делом. Муры ждать не будут.