— Вот, госпожа, это те за кем вы нас посылали, — отчиталась Ирина. И, подумав, добавила. — Они из гильдии старателей. Мы успели в последний момент, спасая их от монстров и бездушных. Но и сами были вынуждены отступить. При этом мы не смогли отрубить бездушным головы и, наверняка, их вскоре оживят. Да и павших монстры утаскивали слишком быстро, поэтому никого из них мы обезглавить не смогли, отчего велик риск, что они пополнят собой ряды бездушных.
— Исходно нас было полтора десятка и мы даже предположить не могли, что эти руины настолько кишат монстрами и бездушными, — запальчиво добавила спасённая женщина, удивлённо косясь на висящее в воздухе светящееся изображение. — Когда мы зачищали эти руины в прошлом году, врагов было куда меньше. При том, что мы вынесли отсюда все камни силы и спустились аж к самому сердцу подземелья…
— Мне это не интересно, — холодно оборвала её Ламия. — Где тот самец, которого мы ищем?
— Про которого говорила леди Ирина? — женщина и не думала обижаться. — Да, была у нас в отряде пара новеньких и один из них подходил под описание. Но их убили первыми.
Ламия выразительно посмотрела на Ирину.
— Как я уже говорила, монстры сразу же утаскивали тела своих жертв. А нас было слишком мало, что бы пытаться следовать за ними.
— Возможно, стоит оставить вас здесь и сходить посмотреть самой? Стражи меня не тронут… — задумчиво пробормотала Ламия, накручивая на палец прядь своих русых волос. Но потом решительно тряхнула головой. — Тело какого-то самца не стоит того, что бы битый час в одиночку таскаться по тёмным коридорам. Тем более я могу не успеть и он пополнит собой ряды стражей. Возвращаемся!
Погасив парой слов изображение, сейдхе забрала кристаллы из глазниц каменной головы и отряд покинул помещение.
Дождавшись, пока шаги моих неудавшихся преследовательниц затихнут в отдалении, я собрался, было, слезать. Но тут в зал нагрянули монстры, которые явно вознамерились преследовать воительниц. С ними было и уже знакомое мне тело в изодранных одеждах. Насколько я понял, это был один из бездушных, которых упоминали мои преследовательницы.
Спускаться на пол зала как-то сразу расхотелось. А, подумав, я решил не сидеть на месте, а сползать по трубам так далеко, как будет возможно. В конце-концов находиться наверху явно было безопасно.
Аккуратно пристроив свои вещи на одной из труб я осторожно пополз вперёд, взяв с собой только кинжал и моток верёвки. Поначалу ползти было тяжело, так как каждые несколько метров приходилось протискиваться мимо стальных балок, которыми трубы крепились к потолку. Но постепенно я приноровился.
Несколько раз я незамеченным проползал мимо сидящих в коридоре монстров. А разок даже стал свидетелем картины, когда пара монстров методично вылизывала пол коридора. Что ж — теперь я знал, почему здесь нет на полу пыли. На трубах по которым я полз, кстати, пыли было более чем достаточно.
Коридор часто поворачивал, пересекался другими коридорами и несколько раз разветвлялся. Иногда из смежных коридоров тоже выходили трубы, присоединяясь к тем, по которым полз я. Каждый раз при этом трубы подо мной прибавляли в диаметре. От труб, по которым я полз, периодически небольшие трубки отходили к каменным ящикам, висящим на стенах. Из ящиков постоянно сыпалась светящаяся пыль, постепенно тающая в воздухе и наделяющая его сероватым свечением.
В конце-концов я попал в огромную залу с расположенными в ней несколькими крупными каменными строениями. Вместо окон или дверей в каждом из них было по две дыры в противоположных стенах, закрытых каменными плитами. В крыши строений входили трубы, отходящие от тех, по которым полз я.
В зале обитал с десяток бездушных и лежало несколько истёрзанных трупов. По всей видимости это были те самые бедолаги, что входили в отряд старателей и попали в засаду.
На моих глазах пара бездушных подняла один из трупов и, тяжело ступая, поднесла его к ближайшему строению. Плита, закрывающая дыру в стене поднялась и бездушные втолкнули труп внутрь, после чего плита опустилась обратно. Затем бездушные подошли к противоположной стене и замерли в ожидании. Вскоре закрывающая его плита отошла в сторону и оттуда выпало тело. От некогда покрывающих его ужасных ран не осталось и следа, однако, оно по-прежнему не подавало признаков жизни. Бездушные подняли его и подтащили к следующему строению. Вновь поднялась одна из плит куда впихнули тело. Выпав с другой стороны строения оно уже напоминало не столько покойника, сколько находящегося без сознания человека — исчезло окоченение, а само тело вяло шевелилось в руках тащивших его бездушных. После третьего строения, из тела получился очередной бездушный с сияющим во лбу камнем. Едва покинув строение он поднялся и деловито утопал прочь из залы. А те, кто его нёс пошли за следующим покойником.
Присмотревшись к остальным обитателям зала, я понял, что большая часть из них занята делом. Часть приносила откуда-то свежие трупы, часть избавляла их от личных вещей, оружия и пришедших в негодность доспехов (видимо монстры и бездушные, нападая на противника, даже не пытались сохранить целыми его броню). Часть деловито сортировала добытые трофеи. Часть выносила мусор… Среди всего этого основали монстры и слизывали с пола оставшиеся от ушедих в обработку тел следы крови. Среди бездушных я заметил и несколько женщин. Они явно были из рядов старателей и не стеснялись пользоваться добытыми в руинах артефактами. Отчего отличались прекрасными гибкими фигурами с выдающимися формами, а многие ещё и обувью на высоком каблуке. К тому же, из-за некогда одетых под броню, а теперь изорванных одежд, все они были эротично полуобнажены и вовсю щеголяли своими едва скрытыми прелестями. Почему-то даже походка их отличалась от бездушных мужского пола и каждая из них передвигалась призывно покачивая бёдрами.
Во мне вновь всколыхнолось желание. Тем более что, на этот раз, противник казался куда менее серьёзен и можно было рискнуть…
Добравшись до места, где труба проходит над одним из строений, я привязал к ней верёвку и аккуратно спустился на плоскую каменную крышу. От крыши до пола было около трёх метров, так что бездушные вряд ли были способны сюда забраться. А монстров около этого строения не было, да и не факт, что они способны лазать по стенам.
Выбранная мной жертва перебирала оружие неподалёку от моего укрытия. Она была высокой, со спортивной фигурой, обладала среднего размера грудью и коротко стрижеными светлыми волосами. Личико её, не смотря на отсутствующие выражение, было крайне милым и выдавало в ней женщину зрелую и опытную. Обута красавица была в сапожки до колена на высоком каблучке. А одета в коричневые обтягивающие штаны из тонкой кожи. Некогда на ней ещё была рубаха с длинными рукавами, но сейчас передняя и задняя части её была разорвана от шеи до живота и от неё остались, фактически две узкие полоски ткани на животе и шеи, кое-как соединяющиеся по бокам и удерживающие рукава. Аппетитные груди красавицы были полностью обнажены и задорно подпрыгивали при каждом движении.
Завязав конец ещё одного куска верёвки петлёй, я попробовал заарканить красавицу. Но, увы — как это делать нас в монастыре толком не обучали, ограничившись общей теорией, а сам я ни в чём подобном не практиковался. Поэтому верёвочная петля ударила мою жертву в спину и упала к её ногам.
Бездушная, издав вопросительный стон, прервала свою работу и повернулась в мою сторону. Меня, укрывшегося на крыше, она не заметила, зато обратила внимание на лежащую у её ног петлю.
Плавно поднявшись, красавица проследовала вдоль верёвки до самого строения и, увидев, что та свисает с крыши, схватилась за неё обеими руками и протянула на себя. Не желая отдавать бездушной верёвку, я вцепился в неё обеими руками и упёрся в выступы крыши ногами.
Женщина, поняв, что верёвка не поддаётся издала ещё один стон и умело полезла по ней вверх. Остальные бездушные, находящиеся в зале, происходящее проигнорировали.