— Все? — Лиана открыла люк броневика.
— Вроде, — крикнула в ответ Наташа.
— А где эти двое? Кац и Гном?
— На улице их нет, может в избе? — Наташа кидается внутрь и видит, как Кац, шатаясь ползёт по стене к выходу. Гном лежит на полу.
— Что с тобой, папаша? — Лиана вытаскивает на себе знахаря и ощупывает его. — Живой?
— Да. Где Лесник?
— Да вот же он лежит. Его порезали сильно, сделай что-нибудь. Приходи в себя быстрее, старый гондон!
— Лесник, как же ты неаккуратно так, — бормотал Кац подползая ко мне. — Ты знаешь, девочка, надо сказать ему больше спасибо. Иначе бы мы все умерли. Эта тварь ударила по нам ментально, превратив в статуи. Нас с Гномом парализовало, но мы не потеряли сознание и всё видели. Он успел выстрелить в неё два раза, но эффекта не было. В тот самый момент она ему распорола плечо, а потом уже бой переместился на улицу, и мы ничего больше не видели.
— Зато мы всё хорошо видели, — к нам подошла Наташа. — Эта древняя сука просто пробила его насквозь со спины.
— Ничего, будет жить. Он крепкий. Но хорошо тому, с кем рядом Кац и плохо тому, у кого нет рядом Каца, — глубокомысленно изрёк всклоченный профессор, латая мне спину.
— Ой, учёный, мать его выискался, — сплюнула на землю Лиана.
— Кац предлагал ехать дальше, но кто его слушает здесь. Ой, вэй.
Глава 13. Подземелье
В итоге мне снова вкололи лайт-спек, но в этот раз сексуальных рекордов от меня никто не ждал. Лиана принесла мне новый камуфляж, предусмотрительно взятый про запас. От старого остались одни лохмотья. Гнома тоже привели в себя, сам Кац перенёс паралич намного легче парня.
— Лесник, почему ты не впал в прострацию как мы? — спросил Кац всполоснув руки.
— Не знаю. Может из-за моей травмы головы ещё четыре года назад. После этого врач пытался меня загипнотизировать, но не смог. Не помню, как он это назвал, но очень мудрёно. А я видел, что вы стояли как парализованные, это Натали с вами такое учудила? — мне тоже стало интересно, что же произошло.
— Почему как? Я не смог даже пальцем пошевелить, а пиявки ползли по мне, — Гном чуть не плакал, вспомнив своё состояние опять.
— Пиявки? — поморщилась Наташа.
— По порядку. Натали заявилась к нам голая…, — начал Кац.
— Я даже знаю к кому, — Лиана подозрительно зыркнула на меня.
— Нет, на этот раз ко всем сразу, — Кац гаденько заулыбался. — Дабы внедрить в нас своих пиявок, которые в свою очередь вылезли у неё из всех отверстий.
— Гадость то какая, — Наташа прикрыла рот рукой.
— Кац согласен, — кивнул знахарь. — Для этого она нас парализовала одним щелчком, но вот на Лесника это не подействовало. Вопрос, почему? Если бы он окаменел вместе с нами, то всё. Броневик бы они взяли измором или вы бы укатили дальше, оплакивая нас.
— Один из них чуть не выдрал люк с мясом, скотина висложопая, — Лиана протирала мне лицо влажной салфеткой.
— Я сразу почувствовал неладное, когда увидел рану в животе. Этот бедняга может нам что-то расскажет? — Кац вспомнил о раненом.
— Вряд ли. Я взорвала избу вместе со всеми, кто там был. Сам же видишь, одна печная труба осталась.
— Жаль.
— А я сразу понял, что здесь нечисто, когда увидел Натали в халате, — добавил Гном. — Если она была в дозоре, откуда у неё с собой домашний халат?
— А ведь точно, молодец. Глазастый ты Гном, за проявленную бдительность иди ищи откуда они могли вылезти. В доме то их не было, — приказал я Гному. — Про халат я тоже подумал, когда она распахнула его передо мной.
— Вот сука, — сплюнула Лиана.
— Меня вот только сейчас начинает накрывать по-настоящему, — сообщила Наташа и посмотрела на троих Извергов застывших полукругом.
— Что с ними будет? — спросили Кац.
— Оттают скоро. Сам увидишь, — ухмыльнулась Наташа.
— Нашёл! — Гном закричал из-за развалин избы. Мы все поспешили к нему. Гном стоял над обгоревшими обломками и показывал на тёмный зев подземного хода с откинутым люком. — Отсюда они вылезли.
— Все назад! — скомандовал я. — Неизвестно кто там ещё может быть.
— Это мы сейчас исправим, — прошептала Наташа и опустила руку в проём. С её пальцев сорвался жгут голубых молний мгновенно заморозив колодец. Гном сверху посветил фонарём, ход был довольно глубокий. Внизу никого не было. Изморозь растворилась. — Можно лезть.