Первое, это конечно же кончился дар. Заевший скафандр еле двигался, но я уже был рядом с последним отверстием в полу и сожалением понял, что в этой консервной банке точно сквозь него не пролезу. Я весь сжался в комок, готовясь переместиться в пасть, но скреббер примёрз к полу. Наташа, у тебя получилось! Я просто спинным мозгом чувствовал лучи ненависти, направленные на меня скреббером. Проскрипев ещё несколько метров экзоскелет, окончательно заклинило и я оказался без дара и пойманный в коварный механизмов нолдов. Их прощальный привет с того света, настиг меня в туннеле скреббера. Феерично. Скреббер тем временем пытался достать меня и ещё дёргался, не промёрзнув на всю свою длину, а она была фантастична. Я ещё раз посмотрел в зеркало и увидел, что он ещё оказывается не весь вылез из-за поворота, а это как минимум сто метров. Последнее, что я успел подумать сколько экзоскелетов в нём может уместиться, и тут подо мною обрушился пол. Перемычка между ярусами, просверленная на всю длину, не выдержала под весом скреббера и рухнула, увлекая меня вниз. Раздался пронзительный визг Наташи и грохот обвала. Мой копчик!
Глава 23. На свободу через скреббера
Скреббер, подмороженный Наташей в отчаянной попытке освободиться трепыхался как щука и в итоге обрушил пролёт. Первым вниз потащило меня, монстр сразу последовал за мной зарывшись носом в кости своих жертв, которых он похоронил этажом ниже. Огромная туша сравнимая с товарным поездом прогрохотала надо мной и остановилась, высунув голову из норы. Изморозь, охватившая его в двух местах, быстро распространилась по всему телу и в конце концов заморозила от головы до хвоста. Во всяком случае я на это сильно надеялся.
Я полетел под откос и от серьёзных травм меня спас только экзоскелет. Пару раз крепко приложился башкой об стену и несколько раз на меня сверху упали тяжёлые глыбы породы. В итоге мой металлический костюмчик развалился, повиснув на мне металлоломом. Выполнив свою основную функцию, он спас меня ценою собственной жизни. В довершении всего несколько железок оказались зажатыми между камнями. До своего ножа я дотянуться не мог и болтался как глист в заевших ремнях безопасности, пытаясь выскользнуть из капкана.
Ультразвук пропал. Хорошо хоть так, а то мой мозг уже был готов выпрыгнуть из ушей. Кровь из носа, пустяки. И даже из глаз? Тоже фигня. У нас получилось! Если всё пойдёт по плану, то скреббер растворится часа через три или больше? Кто может сказать точно и растворится ли вообще. А то оттает и как задаст нам жару. Медведь то на Переправе не растворился, да и кошка тоже. А здесь целый скреббер. Его необходимо добить. Чем? Вот на этом месте я завис. Ножом? Он, конечно, хорош и, вероятно, обладает какими-то магическими свойствами, но одно дело разделать рубера или элиту, а другое такую зверюгу. Я ещё раз попробовал выбраться, но опять безуспешно.
— Наташа! — я кричал не опасаясь, что скреббер услышит. Молчание. Видимо она далеко. Я орал ещё несколько минут прежде, чем услышал, что кто-то ломает кости пробираясь ко мне. — Это ты?
— Кому здесь ещё быть. Ты ранен? — она проползла ко мне и первым делом поправила сползшую на глаза каску.
— Нет. Представляешь, застрял в ремнях. Так бы и помер в этой консервной банке, — обрадовался я что не один здесь сижу в кромешной тьме.
— Сейчас. Где у тебя нож? — она шарила по поясу и не находила.
— В сапоге. Правом, — Наташа подползла под меня, пытаясь добраться до ножа и вскоре ей это удалось. Через минуту я был свободен и чмокнул её в щёку. — Спасибо красавица, чтобы я без тебя делал.
— Не за что, командир, — она отвела взгляд.
— Чего так официально? — недоуменно спросил я.
— Неужели не понимаешь? Ты женат. И точка, — голос её был твёрдым.
— Совершенно недавно для тебя это не было помехой, — возразил я.
— Ну… она же очнулась. Значит без вариантов. Я, конечно, видела разные комбинации в Улье. И семью из семи мужчин и женщин. И где две жены и один муж. Или, наоборот, два мужа, одна жена. Но я не хочу делить ни с кем своего, понимаешь? Ты понимаешь? И разрушать чью-то семью тоже.
— А просто остаться друзьями? Близкими, — ну мало ли. Да поразят меня все молнии Зевса за мои хотелки.
— На двух стульях решил посидеть, товарищ командир?
— Полежать, — усмехнулся я.
— Нет.
— Ну нет, так нет. Останемся друзьями. Вы так это любите. «Дружить».