— А, понятно. Значит, ты другая, если я другой. А какой я … сегодня?
Джил вздохнула, закатила глаза к небу и ответила. — Ты… милый, сегодня, спортивный, весёлый… Ты меня сегодня радуешь, не критикуешь, не подкалываешь… Мне понравилось, как ты разговаривал с Криком… Ещё, …
— Хватит. — Холодно остановил её Лео. — Короче говоря, я сегодня пятидесяти летний спортсмен, с чуть ослабленным разумом, боящимся говорить с красивой молодой девушкой. Ты забыла ещё сказать, что я готов уже посыпать дорожки песком…
Лео отпустил Джил и засунул руки в брюки. Брови его сошлись на переносице.
— Кстати, мне пора заняться шалашом. Надо веток насобирать. Никогда раньше не строил шалаш. Ты не знаешь, как это делается? Нет… Придётся у кого-то спросить. — Сказал он и хотел развернуться, что бы уйти, но Джил схватила его за руку.
— Каким шалашом? — Спросила она. — Где ты его будешь строить? Зачем?
— Мне надо, где-то спать, Джульетта. Глеб объявил, что с Мимозой он не расстанется. Ты уже проверяла, как запирается замок на твоей комнате. — Лео хмыкнул и чуть повёл бровью. — Третьим в комнате Крика и Ольги я быть не хочу. А погода сегодня … чудесная. И ночь будет тёплой. Построю себе шалаш и, как сказал Глеб, буду писать мемуары… Может, ночью с русалками поговорю… Построю шалаш здесь, на холме. И буду любоваться природой, рекой и ночным небом…
Лео видел, в каком изумлении находилась Джил, но «щадить» её не хотел.
— «Надо же описала его, как чуть поношенного мужчину? — Думал он. — Погоди, я тебе отомщу».
— Кстати, — продолжил говорить он, — ты тоже была сегодня очень милой и доброй, даже маму мне напомнила. Кстати, тоже меня не подкалывала, заботилась обо мне на барбекю. Спасибо. — Лео видел, как стали сужаться её красивые голубые глаза, но его уже «понесло». — Джульетта, время уже позднее, почти полночь. Тебе пора спать, а то завтра… синяки под глазами могут появиться. В твоём возрасте надо режим соблюдать…
Договорить он не смог, Джил резко выдохнула, развернулась и сначала пошла, а затем и побежала вверх по склону холма к лесной дороге, ведущей к туристическим домикам.
— Что с Джил? — Услышал Лео голос Мимозы и оглянулся. Она и Глеб подходили к нему. — Она убежала, как ошпаренная. — Девушка внимательно посмотрела в «чистые» глаза Лео. — Что ты ей сказал?
— Да ничего особенного я ей не сказал. Сказал, что погода хорошая и мне пора строить шалаш для ночлега. А ей пора домой, потому что время позднее и, что бы завтра хорошо выглядеть, ей надо поспать подольше…
Рот Мимозы приоткрылся. Она ничего не могла ответить Лео и только посмотрела на Глеба, который тут же дал ей разъяснения, как мог.
— Милая, от части в этом я виноват. Я сказал Лео, что не отпущу тебя на ночь от себя, и что пусть он ищет себе ночлег… Но о Джил, я ничего не говорил.
Глеб хотел вновь обнять девушку, но она отскочила от него.
— Значит, ты решил? Все вокруг меня решают … за меня. Сначала Джил, теперь Глеб. А сейчас решать буду я. — Хлопнула Лео по руке. — А ты прав, друг Леонард, погода хорошая, а это значит, что шалаш вам придётся строить на двоих.
Она так радостно засмеялась, что удивила и Лео и Глеба. затем помахала Глебу ручкой и стала медленно подниматься вверх по склону холма туда, куда только что убежала Джил. Но вдруг остановилась.
— Завтра утром мы с Джил вас навестим. Посмотрим на ваши лица… Интересно, какими они будут после ночи с комарами? Удачи вам, мальчики.
Почти минуту ребята смотрели ей вслед. Глеб с удивлением, а Лео разочарованно.
— Про комаров-то я и забыл. — Тихо сказал Лео и посмотрел на друга. — А давай договоримся. Полночи ты отгоняешь от меня комаров, а полночи — я.
Глеб посмотрел на него так, что Лео тут же замолчал, но потом сказал. — Не чего на меня обижаться. Шалаш — это была твоя идея.
— Да! — Воскликнул Глеб. — Но эта идея была для тебя! Что теперь будем делать?
— Не знаю, но шалаш я строить не хочу. Куда пойдём? Здесь уже всё закончилось. Все потихоньку разбредаются по своим домикам. — Лео обнял себя за предплечья и поёжился. — Комары стали звереть. Думай быстрее.
— Может, попробуем вернуться в наш домик? Может, попросим прощение, и нас впустят? — Но видя усмешку Лео, Глеб почесал затылок и предложил другое. — Попробуем устроиться на эту ночь в домике моих ребят в гостиной? Пошли к Судаковым и Седову?
Лео кивнул. — А, что мы им скажем?
— А ничего не скажем? Пригрожу им увольнением, если будут задавать вопросы. — Зло произнёс Глеб, тоже засовывая руки в брюки. Они медленно стали подниматься по склону холма. — И запомни, Лео, я постараюсь помириться с Мимозой, и следующую ночь на меня не рассчитывай, и ребятам запрещу тебя впускать.