Ростислав ожидал момента, когда жители поселка окажутся готовы к принятию окончательного решения, давая им время на «брожение умов» и формирование окончательного мнения. Совет также не давал никаких указаний лидерам коммун и не торопился закрывать проект совместного проживания с людьми по принципу «защита и забота в обмен на кровь», очевидно, они также наблюдали, выжидая реакцию людей, возвращавшихся к привычной жизни через два года борьбы за выживание. Имея немалый опыт взаимодействия с человечеством, бессмертные не исключали, что люди попытаются вновь утвердиться на земле, как лидирующий вид, и начнут вести себя, как полновластные хозяева, имеющие право решать, кто может жить, а кто нет. Правда, вмешательство высших в процесс спасения цивилизации и то, что они, наконец, проявили себя, заставляло думать, что людей принудят осознать и принять неизбежность сосуществования с другими видами, причем не только с теми, которые из века в век жили с ними бок о бок в тени, но и с совершенно новыми, несравненно более сильными и готовыми, наряду с человечеством, назвать эту планету своей колыбелью.
Дни, проведенные с Ардеем до его отъезда, пролетели, как один час, Люба жила в таком напряженном состоянии счастья и ожидания разлуки, что казалось, сердце переставало биться и замирало в груди. Но время расставания неотвратимо приблизилось, наступил последний день, а за ним и последняя ночь. Она любила его с отчаянием, не оставляя ему ни минуты покоя, словно на рассвете ее жизни приходил конец, в определенном смысле именно так женщина себя и ощущала.
— Возможно, тебе стоит отдохнуть, хоть немного... — проговорил он в то время, как они лежали обнаженными на полу, куда переместились с кровати, слишком узкой для бурных любовных объятий.
Люба перевернулась на живот, уперлась подбородком ему в грудь, и посмотрела в лицо блестящими глазами.
— Утром, совсем скоро, ты навсегда исчезнешь из моей жизни, времени для отдыха у меня будет предостаточно.
Он вздохнул и длинными пальцами легко провел вдоль ее позвоночника, вызвав мурашки, улыбнулся и подтянул ее ближе к себе.
— Мы оба знали, что так случится. Поздно жалеть об этом.
— Кто здесь говорит о жалости? — она приподняла голову. — Если я и сожалею о чем-то, так только о том, что не сделала этого раньше. — женщина легла на бок и чуть приподнялась, опершись локтем на подушку. — У тебя могут быть неприятности, если узнают об этих днях?
— Да, но не настолько серьезные, чтобы ради них я отказался от того, что чувствовал с тобой. — Ардей не говорил всей правды, не желая оставлять на ее и без того раненом сердце грусть неизвестности и беспокойства за него, он знал, что ему придется расплатиться за эти быстро пролетевшие часы интимной близости с человеком.
Люба поняла, что высший не желает ее расстраивать и что-то скрывает, вздохнула и перевернулась на спину, молча уставившись в потолок. Конечно, вердей читал ее мысли, но никак не реагировал на них, он вдруг понял, что ему не хочется возвращаться, ни на станцию, ни к себе домой. Да, если говорить честно, дома у него уже давно не было, и он, и его жена гораздо больше времени провели в разлуке, отправляясь в долгие экспедиции, и проводя вместе, в лучшем случае, три месяца в году. Эти встречи сначала будоражили их, расцвечивая яркими красками еще сохранившиеся чувства, затем они и сами не заметили, как начали отдаляться друг от друга, оставаясь лишь формально мужем и женой. Физическая близость в последнее время сошла на нет, но так жили многие, семья в человеческом понимании слова не являлась абсолютной ценностью, главным для вердеев всегда являлись преданность расе и служение делу. У обоих супругов случались связи на стороне, и как ни парадоксально это звучало, у жены детей было больше, чем у него. Женщины, с которыми он был близок, не посылали ему мальчиков от него рожденных, потому что многие расы категорически не принимали такой способ разделения и воспитания будущих поколений, так что на самом деле высший не знал сколько детей в необъятной вселенной родилось от его семени, и были ли они вообще. Единственным признанным ребенком оставался его уже взрослый сын.