Де Ланвиль кивнул и через пару секунд уже запирал за собой двери дома, однако перед тем, как лечь в постель, из предосторожности еще раз обошел все помещения и заглянул к дочери, Мыра сразу привстала с матраса и поманила его, молча указав в сторону леса. Он вгляделся в темноту, незнакомец, не скрываясь, стоял на опушке, увидев, что за ним наблюдают, приветливо махнул рукой, обнажив в широкой улыбке акулий оскал. Монстр беспокойно передвигался по холлу второго этажа, тихо рыча, он тоже чувствовал чужое присутствие, Анри подошел ближе и наклонился почти к самому уху зверя.
— Он здесь, недалеко. Я оставлю дверь в спальню открытой. Следи за домом, иди на первый этаж, а я останусь здесь. — и подкрепил свои слова жестом, не особенно надеясь, что животное его поймет. Зверь оглянулся на комнаты, нехотя прошел мимо него, спустился по лестнице и Анри услышал, как его тело тяжело опустилось на привычное место перед входной дверью.
Утром де Ланвиль получил от лидера приказ пропустить рейд, остаться в поселении и помогать на стройке, Анна завтрак проспала, и он не стал ее будить, попросив медсестру принести еду к ним домой. Когда бессмертный поднялся наверх позвать жену на кухню, она сидела голая на кровати, поджав одну ногу под себя и, слегка хмурясь, смотрела в окно, напомнив ему маленькую, невыспавшуюся девочку, проснувшуюся в дурном настроении.
— Как ты? — Анри присел перед ней на колени и взял теплые руки в свои. — Твоя баба Галя принесла завтрак, она на кухне. Хочешь спуститься?
Девушка пожала плечами.
— Уверена, что он еще здесь. — произнесла она вместо ответа.
— Да. — муж не стал скрывать от нее сцену, виденную вчера ночью. — Я видел его на опушке леса, он махнул мне рукой и улыбнулся своей чарующей улыбкой. — пошутил вампир, надеясь ее развеселить.
Она улыбнулась уголками губ, натянула его футболку на голое тело, заглянула в комнату Монтеи и, увидев, что та еще спокойно спит, а «колобок» дежурит на обычном месте, спустилась вниз. Медсестра сидела за столом, сцепив перед собой руки, встала, услышав ее шаги, и улыбка сменилась беспокойством.
— Детка моя, что с лицом-то? — женщина раскрыла руки, и Анна ткнулась ей в плечо.
— Устала я, баба Галя. — прошептала она, зная, что Анри все равно слышит ее слова.
— Что так? Или неприятности опять какие-то? — обеспокоенно спросила Галина Васильевна. — Давай-ка поешь и легче станет. Все дурные мысли приходят только на голодный желудок. — убедительно проговорила она.
— Если бы... — но, сев за стол, с аппетитом умяла яичную запеканку. — Вкууусно... Вере Константиновне ‒ большое спасибо.
Баба Галя вынула из кулечка банку с молоком и два помятых пирожка. — На-ка вот, тебе на кухне взяла, сквашивать на творог собирались, так я выпросила баночку. Пей, да вприкуску с пирожками, тебе ребенка надо кормить. — она подперла щеку рукой, глядя, как Анна медленно пьет молоко. — Обязательно хоть по стакану в день, но молоко пить надо, а ты вечно где-то носишься, вот и завтрак пропустила. Пора, ой пора мужу тебя в ежовые рукавицы брать. — она чуть повысила голос. — Ты посмотри на себя: кожа да кости! А приехала такая гладкая, и формы были... А теперь что, где все это? — и медсестра неодобрительно покачала головой.
Анна вздохнула. — Поругайте, поругайте меня... Вы правы, отдыхать мне надо больше, а то и домой только к вечеру приползаю и ребенка за собой везде ношу.
Женщина довольно кивнула, она любила, когда ее детка была такой послушной, впрочем, с ней редко кто спорил, учитывая ее должность, близость к больнице и лекарствам, а также некоторую злопамятность, портить с ней отношения никому не хотелось. Она оглянулась и шепотом спросила:
— А чего вчера вечером произошло? Завхоз сегодня не в себе, про какого-то дьявола говорит и крестится беспрестанно. Я уж подумала, не рехнулся ли часом наш Сергеич.
Девушка кинула на нее быстрый взгляд. — Да, ничего особенного... кажется... Гости ко мне приходили, странные немного, но все, как всегда.
Медсестра насторожилась. — Какие такие гости? Анна, да что ты все темнишь?
— Баба Галя. — решительно ответила Анна, вставая из-за стола. — Ни к чему вам знать некоторые вещи, потому что, в противном случае, вы подвергнетесь опасности. Знаете поговорку: «Меньше знаешь, крепче спишь», ну, или что-то в этом духе... Я не хочу рисковать людьми, если молчу, значит, это ради вашего блага.
— Ну, конечно, как скажешь... — согласно закивала головой пожилая женщина, забрала банку и двинулась к выходу, но не утерпела. — Так, а дьявол-то был? — косясь на второй этаж, спросила она.