Анна взглянула ей в глаза.
— Я наблюдаю. Понимаю, что вы имеете ввиду.
— Ну и ладно. — кивнула женщина и, не найдя рядом подруги, вышла в прихожую. — Галина, ты где? — увидев, что та на кухне моют чашку и чайник, покачала головой. — Ну, у тебя, я смотрю, руки просто чешутся, оставь чашку в покое, вымоют без тебя. Пойдем уже, людям отдыхать надо.
— Подождите. — остановила их девушка. — У вас же вопросы срочные были ко мне.
Женщины метнули взгляд на вампира. — Мы это... завтра с тобой переговорим... Завтра... — и поспешно вышли.
Анри с нежной улыбкой смотрел на жену и дочь.
— Я наблюдал за ее усилиями выбраться из манежа и понял, что у нее твой характер. Наша малышка не пасует перед обстоятельствами, она с такой завидной настойчивостью штурмовала эту преграду.
— Это умиляет тебя, но исключительно потому, что ты ее мало видишь. — Анна с укором взглянула на него. — Когда она с таким же упорством и, не проявляя ни малейших признаков усталости, в течение дня ползает по полу быстрее, чем иные взрослые ходят, тут в пору придумывать что-то, чтобы обезопасить ее от травм.
Он виновато взглянул на жену и осторожно обнял за плечи.
— Mais, ma belle, c'est pas ma faute si je suis très occupé ces derniers jours.¹ Ты и сама знаешь, что впереди дел еще больше. К тому же поведение Монтеи так естественно, она растет и все познает на ощупь.
— На зуб, ты хотел сказать. Посмотрим, что ты скажешь, когда у нее вылупятся клыки. — она помолчала. — Я все понимаю, но наша дочь развивается слишком быстро... Ну не ползают так дети в ее возрасте, не видела я ни одного ребенка, который на четвереньках носился бы с такой скоростью! — Анна с отчаянием взглянула на притихшую малышку, та во все глаза смотрела на мать, засунув все пальцы в рот. — Ну вот, смотри, сначала с пола все собирала, Монстра за лапы хватала, теперь все это во рту оставляет.
Анри приблизился к ним, и дочь тут же протянула к нему ручки, он с готовностью подхватил ее, высоко подбросив вверх, она улыбнулась, вынула пальцы изо рта и постучала ими по лицу отца.
— Я и тебя безмерно люблю, mon petit cœur². Иди к мамочке, она тебя помоет, покормит и спать уложит.
Когда малышка заснула под тихое жужжание своего маленького диска, Анна спустилась вниз, заварить себе отвар из липовых соцветий. Баба Галя принесла ей баночку, сопроводив целой лекцией о его пользе, особенно «для упокоения расшатанных нервов». Она часто с улыбкой вспоминала ее слова, но травой пользовалась, потому что обнаружила однажды, что она, действительно, оправдывала свое назначение. Анна с наслаждением вдыхала аромат и медленно смаковала травяной чай, старясь ни о чем не думать, но, конечно же, получалось плохо, думалось обо всем разом: о приезде отца, о содержимом контейнеров, о вирусе, о дочери, о ночном визитере, так напугавшем поселенцев. Анри спустился к ней, когда она, допив кружку и облегченно выдохнув, откинулась на спинку стула.
— Отец что-то сказал тебе?
— Нет, ни словом не обмолвился. Да и некогда было, я хотела поговорить, но он, не церемонясь, отправил меня отдыхать, сказал, что я устало выгляжу. — ответила она, вставая из-за стола
— Он прав. — подтвердил де Ланвиль. — Я слышал, как по этому поводу образно выразилась медсестра, которая так переживает за тебя, он чуть приподнял голову и процитировал, имитируя голос женщины: «Мы тебе говорили, что ты приехала гладкой и с формами, а сейчас, ходишь и костями гремишь».
Анна развеселилась и прыснула.
— Вот за это я ее и люблю, баба Галя умеет в нужное время доброе слово сказать. И ведь попадает не в бровь, а в глаз. — взяла заварочный чайник, поболтала его и сняв крышку заглянула вовнутрь, чуть подумала и вылила остатки в чашку, снова присев к столу.
— Ты спать сегодня думаешь? — он наклонился и обнял ее худенькие плечи. Его холодное дыхание вызвало к жизни мурашки, немедленно побежавшие по телу, и она поежилась, Анри усмехнулся и подул в ароматное место у шеи, отчего ее сердце отчаянно и гулко застучало. — Я тоже соскучился. — прошептал он. — Можем мы побыть наедине хотя бы два часа?
Девушка улыбнулась и потерлась щекой о его руку, лежавшую на плече. — Думаю, мы заслужили это. А ты знаешь, что у твоей дочери появились два зуба?
Он отстранился от нее и взволнованно произнес.
— Неужели? Я правда ничего не знаю о том, как должны расти младенцы, но разве еще не слишком рано?
— Кто же может сказать, что для нее есть норма. Похоже, и верхние скоро прорежутся. А за ними и клыки появятся, вот весело нам будет!
— Ты думаешь... — он не договорил и напрягся.
— Не думаю, не знаю и загадывать не хочу. — быстро ответила Анна. — Давай будем решать проблемы по мере их поступления. — она вдруг настороженно выпрямилась. — Ты голоса слышишь? Отец, Ардей и кто-то еще...