— Вы не можете так поступать, она моя жена и у нас общий ребенок. — возразил де Ланвиль, исподлобья глядя на отца Анны.
— Могу. — тут же возразил он. — Ваш союз противоестественен, я могу воспользоваться правом отца и дезавуировать его. Вы не в состоянии бороться со мной, проиграете.
— Прежде всего, всем надо успокоиться. — Ардей протянул вампиру листок, на котором тот узнал почерк жены. — Она должна отдохнуть хотя бы в течение двух суток. Я просил написать график питания вашей дочери. Ведь она сейчас со служанкой? — бессмертный кивнул. — Насколько я успел ознакомиться, здесь очень подробно расписан день малышки, особенно указано, когда и чем кормить, во сколько укладывать спать и прочее. Ваша задача жить по этому графику. Думаю, лидер не станет вам препятствовать в этом, если хотите, мы можем с ним поговорить. — увидев, как де Ланвиль отрицательно помотал головой, улыбнулся. — Прекрасно... Есть она должна регулярно, передвигаться по дому, дышать у окна, играть с дочерью, все это ей разрешается делать в течение не более двух часов в день. Далее, вы просто делаете укол, я покажу, как вставлять ампулу и куда нажимать, призываете Айья, она засыпает, и вы ждете нового пробуждения. Я буду заходить два раза в день проверять ее. Надеюсь план вашей жизни на ближайшие два дня понятен? — он с усмешкой взглянул на расстроенного бессмертного.
— Более чем. — подтвердил тот, не обращая внимания на иронию высшего. — Однако, я слышал, что завтра вечером вы улетаете?
— Улетает Арунда, вместо него, возможно, прилетит брат Анны. Я пока остаюсь, чтобы наблюдать за тем, как действует прививка. Пойдем. — обратился он к другу. — Нам следует обсудить с лидером детали транспортировки лекарства в другие колонии.
События следующих двух дней прошли мимо Анны, она жила в режиме, прописанном Ардеем, выполнение которого строго контролировал ее супруг, отец зашел проститься и предупредить, что через два дня Агнер должен занять его место. Баба Галя почти безвылазно сидела в доме Анны в компании Монстра, на улице зачастили дожди, а зверь не любил такую погоду, поэтому выходил из своего сухого убежища только на короткое время по нужде и на охоту. Женщина без труда находила себе занятия по хозяйству и приглядывала за Монтеей, и ее помощь оказалась весьма кстати, давая возможность Мыре и Анри отлучиться по своим делам. Навестить Анну пришла Люба, она все еще чувствовала себя подавленной после недавнего случая в больнице, и хотя никто из людей ни о чем не догадывался, старалась избегать их общества и большую часть времени проводила одна, если, конечно, не работала. Однако перед Анной ей нечего было скрывать, поэтому и держалась она по-прежнему естественно, они сели попить чайку, и женщина рассказала о последних новостях из жизни поселения.
— Я слышала, что вампиры начали разносить лекарство по колониям. Их обучали делать укол той маленькой штукой, чтобы они могли показать на месте, как это делается.
Анна качала головой, на ее лицо вернулись краски, кожа порозовела, глаза уже не были такими тусклыми, даже волосы, казалось, ожили и заблестели.
— Этой партии на всех людей не хватит. Отец говорил, что они привезут еще инъекций, надеюсь не слишком поздно. Смертных прививают по всем странам, задействованы такие же гибриды, как и я. — она чуть подалась вперед. — Но ведь не все люди живут в колониях, многие мигрируют или остались в городах и, прячась, выживают сами по себе. Они могут ничего не знать... С ними-то как быть?
Обе замолчали, думая о том, как люди существуют в условиях полной разрухи и анархии, вряд ли им выпадет шанс благополучно проскочить это новое испытание.
— Когда с тебя снимут домашний арест? — шутя спросила женщина.
— Завтра выйду в любом случае, надоело сидеть без дела. Меня беспокоят только головные боли и внезапное ухудшение зрения. Ардей делает какие-то уколы и два раза в день приходит меня проверять.
Услышав имя высшего Люба покраснела и судорожно сцепила пальцы.
— А когда он тебя навещает? Может, мне пора идти?
Девушка с сочувствием взглянула на нее и коснулось сцепленных в замок ладоней.
— Да, успокойся ты. Ардей очень достойный, милый и спокойный... мужчина. Я понимаю тебя, ты все одна и одна... А тут он всколыхнул чем-то твое сердце. Что же здесь постыдного?
— Да, все здесь неправильно! — женщина приложила ладони к горящему лицу. — Абсолютно все! Я не могу себя контролировать и в тихом ужасе не понимаю, что со мной происходит. — она взглянула на Анну. — А ты уверена, что они никакого воздействия на людей не оказывают, может распыляют что-то?