Девушка захихикала.
— Споры любви, ты хочешь сказать? Ну, не глупи, ты же разумная женщина.
— Была. — коротко ответила та. — Но, как видно, на старости лет умом тронулась. — она понизила голос и едва слышно прошептала. — Он мне снится, и мы … — женщина замолчала, махнула рукой и уставилась в окно.
Анна оглянулась, Ардей стоял в прихожей и, похоже, слушал их разговор, она метнула взгляд на подругу и заерзала на стуле, не решаясь встать. Люба с удивлением взглянула на нее и проследила за взглядом, увидев высшего так близко, вскочила, потом снова опустилась на стул, и густой румянец залил не только лицо, но и шею, ошарашенно глядя на гостя, она пыталась сообразить, что он мог услышать из их разговора.
— Не беспокойтесь, я просто сделаю укол и быстро осмотрю вашу подругу. — обратился он к Любе. Занимаясь Анной, высший пару раз бросил на нее взгляд, женщина сидела с опущенной головой и почти не дышала, стыдясь поднять на него глаза. — А как вы чувствуете себя, Люба? — вдруг обратился он к ней.
— Ужасно! — выпалила она, не подумав о сути вопроса, потом спохватилась. — Ой, простите, я не в том смысле... Прививка на мне никак не отразилась, по крайней мере, пока.
— Ваши родные живы? — он продолжал разглядывать ее.
У Анны был ошарашенный вид, первый раз за все время она видела, чтобы Ардей проявлял интерес к человеку.
— Нет, все погибли, родители и сын с мужем. — ответила она и осмелилась поднять на него взгляд.
— Печально... А здесь вы сколько? — и он присел на стул, напротив нее.
— Два года, третий пошел. — Люба снова подняла на него взгляд и застыла, как загипнотизированная, ей казалось, что бархатная чернота его глаз втягивает ее в себя. «Сошла с ума. Ну и пусть». — подумала она, не отводя взора.
Ардей склонил голову набок.
— Почему бы не найти здесь пару? Вы нуждаетесь в этом. — неожиданно произнес он. — Вы красивы, у вас чудесные серые глаза, и ваше желание спариться я чувствую на расстоянии.
Анна издала приглушенный звук, что-то среднее между кашлем и смешком, и развела руками. У нее и до этого было ощущение, что она присутствует при каком-то очень личном разговоре, и девушка уже подумывала уйти, когда последние слова ученого пригвоздили ее к стулу. Люба побледнела, заморгала глазами и вдруг... заплакала. С укором взглянув на Ардея, Анна вскочила с места, встала возле женщины и обняла ее за плечи.
— Дорогая моя, он не хотел тебя обидеть. У них другие нормы и правила общения. — она прищурила глаза и бросила на Ардея самый осуждающий взгляд, какой только могла изобразить.
Высший слегка растерялся, он не понял, чем объяснялся такой поток горьких слез, и не подозревал, насколько оскорбительно для женщины прозвучали его последние слова. В самом деле, в их обществе не существовало табу на подобные разговоры, спаривание двух особей разных полов считалось совершенно обычным делом, и разговоры об этом никого не оскорбляли. О правилах, принятых в человеческом обществе, он знал совсем немного, почти не общаясь с людьми, ученый не понимал их, однако эта привлекательная земная женщина желала близости с ним, и он не мог не признаться, что ему это нравилось. Высший подошел ближе и присел на стол возле нее.
— Я не хотел вас обидеть... Простите, хотя я и не понимаю, что могло спровоцировать ваши слезы.
— Господи, Ардей. — с горячностью ответила девушка. — Ну, не усугубляйте положение! Если вы чувствуете, что женщина хочет вас, так или разделите ее желание, или сделайте вид, что не заметили его. Вслух-то зачем об этом говорить?
Он внимательно выслушал Анну, кивнул и, прикрыв рукой с длинными пальцами ладонь Любови, сочувственно произнес одно слово: — Простите...
Люба закрыла глаза, взяла руку высшего, приложила ее к своей мокрой от слез щеке и застыла, даже дышать перестала. Глаза Ардея расширились, он выглядел совершенно потерянным, не зная, как реагировать на такой простой жест, еще никогда человек так не будоражил его, взглянул на Анну и увидел, с какой болью та смотрит на подругу. Высший поднял вторую руку и легко погладил женщину по волосам, она вздрогнула от прикосновения и выпустила его ладонь.
— Простите... — повторил он и быстро вышел. Вернувшись в больницу, Ардей уединился в комнате, заплаканное лицо земной женщины с покрасневшими от слез веками и мокрыми ресницами не покидало его, ладонь помнила приятное прикосновение к ее мягкой, теплой коже. Желание проснулось в нем... Но на близость с самкой низшей расы существовал запрет, если он передаст ей свое семя, это будет считаться грубым нарушением правил общения с неполноценными видами.