Лишь у немногих возникали опасения и тревожные вопросы: что все это могло означать, что выкашивало смердящих, и могло ли это нечто отразиться на них самих. Разглядывая буквально на глазах разваливающиеся трупы, люди обращали внимание на скорость процесса разложения и быстро разрастающиеся колонии ярко-оранжевых грибков. Они пытались указать на эти странности, но желающих слушать их находилось немного, ведь смрад от разлагающихся тел стоял невыносимый, и специальные бригады, созданные из добровольцев, торопились сжечь останки, поэтому изучать их не было ни времени, ни желания.
Однако, радость от возвращения к прежней жизни довольно быстро сменилась другими чувствами, и главным из них стал страх, переросший в панику перед новой напастью ‒ странной болезнью, поражавшей живых, едва вкусивших забытый воздух свободы. В населенных пунктах, где еще оставались люди, появились объявления, призывающие срочно сделать прививку от инфекций, люди связывали это с гнием трупов и разрушенной коммунальной инфраструктурой, кто-то спешил по адресу, указанному в объявлению, кто-то по доброй, неискоренимой привычке махал на все рукой, надеясь, что пронесет. Не пронесло... Вскоре трупы людей, сменили трупы смердящих, разлагались они с такой же быстротой, обрастая странными колониями плесени, пожиравшей человеческую плоть. Люди спохватились и начали искать причину, но кто мог бы ее обнаружить и взять анализы у заболевших, если больницы не работали, а врачи отсутствовали. Началась паника, прошел слух, что в «вампирских» колониях существует лекарство от этой страшной напасти, и люди там продолжают жить, как ни в чем не бывало, несмотря на отравленный воздух. Нарастали беспорядки, появились спекулянты, выдававшие подделки за спасительный препарат и обменивавшие его на еду. Несмотря на то, что все на планете, независимо от места проживания, пола и возраста оказались перед лицом единой опасности, жажда поживиться на чужом страхе перевешивала даже инстинкт самосохранения. Чудодейственные уколы, пришельцы, невесть откуда взявшаяся темноглазая «спасительница» повсюду активно обсуждались, став легендой и последней надеждой для вымирающего человечества.
Обладая достаточным количеством столь необходимых людям препаратов и следуя указанию Совета, бессмертные продолжали доставлять их по всей стране и за ее пределами, пытаясь спасти людей, независимо от их национальности и места проживания. У Ардея уже имелись сведения о его действии, подавляющее большинство из привитых людей если и заболевали, то в легкой форме, и скоро выздоравливали, небольшой процент умирал, несмотря на дополнительное лечение, и высший склонялся к мысли, что виной тому могли стать обострившиеся хронические заболевания, прояснить это помогло бы вскрытие, но его, по вполне понятным причинам, сделать никто не решался.
Возвращавшиеся с задания вампиры рассказывали о бегущих от болезни людях, о распространившихся слухах о чудодейственном лекарстве и темноглазой спасительнице, которую назвали инопланетянкой. Кто распускал эти слухи и направлял людей в поселение, где жила Анна, установить не удалось. Ситуация осложнялась тем, что не все колонии открывали ворота беженцам, во многих из-за отказа принять из рук кровопийцев подозрительный препарат, началась эпидемия, а следом паника и бегство, и эти бывшие поселенцы тоже присоединялись к группам, направлявшимся в колонию «Чистое озеро». Их поток только увеличивался, несмотря на то, что некоторые поселения всё-таки принимали людей, пусть и в ограниченном количестве, не имея жизненных ресурсов их содержать.
Анна находилась в самой гуще событий, как только стали поступать известия о вспыхнувшей болезни, она выразила готовность вернуться с лекарством в места скопления людей, ранее отказавшихся от приема препарата. Это вызывало жесточайшие споры между ней и Анри, Ардей поддерживал точку зрения ее мужа.
— Я больше не хочу спорить тобой на эту тему. — сдержанно проговорил вампир, но Анна, хорошо его знавшая, видела каких неимоверных усилий ему стоит себя сдерживать. Она не хотела доводить ситуацию до крайности, но и отступать от принятого решения не собиралась.