– Ничего я ей не сделал! Просто поймал! Или надо было дать ей разбиться?
– Обнимал, значит…
– Ага, и в кустах шиповника тискал!
– Повтори! – голос поднялся на опасную высоту.
– Да шучу я!
– И куст этот вырублю, – буркнул мужчина. – А ты чтоб не смел больше к дочери подходить!
– К ней, может, уже никто не подойдёт…
– Шевелись быстрее, может, тогда из тебя вся дурь выскочит!
– Отдайте за меня Златку… – несмело произнес Никита.
– Не любит она тебя, а против воли дочери не пойду.
– А кого же она любит?! – В воздухе повисло отчаяние.
– Вот как догоним, так и спросим.
Колосья недовольно шумели от дерзких шагов. Привыкшие к мимолетному прикосновению заботливых духов, их тяжелые заплетенные головы ломались и гнулись под беспощадным напором сильных людей. Далекий лес приближался, но в какой-то миг замер, и расстояние перестало уменьшаться. Ярослав остановился, и вошедший в монотонный ритм Никита врезался в него сзади.
– Водит нас, – прошептал мужчина.
– Кто водит?
– Хозяин.
– Мы ведь даже до озера не дошли.
– А кто сказал, что его власть не простирается так далеко?
Парень промолчал, прижался спиной к спине Ярослава и застыл.
– Верно мыслишь, – похвалил мужчина.
– Как же она тогда здесь проскочила?
– Может, ждал её…
Они простояли несколько минут, и картинка мира ожила. Вдалеке засветились замершие огни домов, вновь появился ветер, и мрачный лес неожиданно оказался рядом.
– До него ещё было идти и идти, – входя под темные своды переплетенных ветвей, удивлялся Никита.
– А Руслан говорил, что всё это выдумка, – поддел Ярослав.
– Я пока ничего не видел.
– Да? То-то как теленок ко мне прижался!
– Обычный обман зрения! В темноте чего только не привидится!
– Ты правда так думаешь?
Молодой человек прокрутил в голове испугавшее его событие и нехотя ответил:
– Идти и оставаться на том же месте – странно это. Не понимаю, как такое может быть… И здесь ещё хоть глаз выколи!
– На, – Ярослав ткнул в него палкой, и рука парня крепко схватилась за неё, – так мы не потеряемся. Был здесь когда-нибудь?
– Никогда.
– Будет врать! Это мамке можешь плести!
– Никогда. – Голос звучал твердо.
– Хорошо, значит, запоминай дорогу.
– А вы как будто были?
Неподалеку треснула ветка и путники одновременно остановились.
– Может, Злата? – самым слабым шепотом спросил Никита.
– Вряд ли. Она как перышко ступает.
– Так не видно же ничего…
– Плохо ты её знаешь, а жениться собрался.
– Узнаешь здесь, когда её взаперти держат!
– Уйдем скорее, – мужчина постарался скрыть тревогу, но слишком сильно потянул за палку и передал это чувство спутнику.
– Зря мы людей не собрали и в одиночку пошли!
– Поздно. Надо скорее до озера добраться, там мы будем в безопасности.
– Откуда вы знаете?
– Молодость у меня интересная была. – Ярослав почти бежал и проглатывал буквы.
Сплошной поток сучьев и паутины бил по глазам, попадал в нос и уши. Путники неслись сквозь чащу, едва успевая уворачиваться от колонн могучих деревьев. Нечто бесформенное неслось за ними, перепрыгивало со ствола на ствол, кромсало кусты, победоносно шипело за спиной.
Внезапно они выскочили к овальному серебристо-синему озеру, вокруг которого росли высокие стройные деревья. На поверхности воды сияли яркие звезды, хотя небо затянуло тучами, левее устроился маленький бледный месяц. Чудесное место заворожило красотой, и перепуганные уставшие путники забыли о страшном преследователе. Ярослав очнулся первым и дотронулся до окаменевшего парня.
– Ты как? Живой?
– Кажется, да… Что это было? – Никита с опаской покосился назад.
– Кто ж его знает.
– Златы здесь нет. – Молодой человек окинул обширное безлюдное пространство. – А если она осталась в лесу?
– Если прошли мы, прошла и она.
– Откуда Вы знаете?
– Чувствую… Нет её там.
Они прекратили разговоры и ещё некоторое время наблюдали таинственную красоту неподвижной природы.
– Мы будем звать духа?
– Так вот он, перед тобой.
Никита отшатнулся от Ярослава, но вовремя заметил его слабую улыбку.
– Не смешно!
– А я и не смеюсь. Почувствуй, какой здесь дух стоит! – Мужчина вдохнул полной грудью и раскинул руки. – Ты точно знаешь, что Злата сюда отправилась?
– Она так говорила, но кто разберет, что у неё там на уме?
– И то правда.
– А вдруг не живая она больше? – Никита похолодел от собственных мыслей.
– Нет, жива девочка моя, жива! Чувствую! – Он провел рукой по воздуху под изумленным взглядом парня и тихо добавил: – Где же ты, дочка, где ты, Злата?