Дар собрался в прежнем образе и замер, осматривая пожарище. Его зеленоватое сияние подернулось серостью, абрис потускнел, но глаза по-прежнему ярко светились. Хозяин тихо беседовал со старейшиной, и дух улучил несколько минут. Облачком он взлетел над обрушенной крышей, и взгляд его живо приковался к саду. Там, в густом кустарнике, горели спрятанные от людей огненные глаза, но стоило им заметить немого наблюдателя, как они растворились в воздухе. Дар дернулся к хозяину, заметался, дохнул на него собранной с цветка пыльцой, но Ярослав грозно произнес:
– Угомонись!
Мужчина посмотрел туда, где дух оставил след, но кроме мерно качающихся насаждений не заметил ничего необычного. Тогда он повернулся вокруг, замечая, что старейшина так же тревожно оглядывается, и приметил за большим стволом старой березы светлые волосы. Они дернулись и немедленно спрятались за деревом. Ярослав сжал кулаки.
– Друг, – обратился он к Всеволоду, – пора уводить людей. Нечего здесь больше делать.
– Добро. Отправляйся к семье, а я подойду позже.
Недовольный Дар расстроенно тянулся за хозяином. То и дело он оглядывался на чужой сад, останавливался, но затем вновь догонял мужчину. Ярослав поравнялся с деревом и строго, но тихо произнес:
– Злата!
Тишина. Только березовые серёжки качались от ветра.
– Немедленно выходи! Я видел тебя!
Дух удивленно рассматривал рассерженное лицо, налившиеся кровью вены, насупившиеся брови. Он облетел дерево несколько раз, поднялся до верхушки, но никого не нашел. Дар приблизился к хозяину и виновато пожал плечами, но его добрые, ласковые глаза расслабили Ярослава. Плечи его опустились, дыхание выровнялось, и он спокойно произнес:
– Ни у кого нет таких волос… Убежала, значит, глупая девчонка.
Большой деревянный дом с украшенными белым орнаментом окнами опустел. В коридорах гулял сквозняк, скрипела задняя потайная дверь, на полу лежал бежевый платок Милы. Всё так и должно быть – поспешно покидая родные стены, сложно оставить идеальную чистоту и порядок. Мужчина прошел через обитель и оказался в саду. Его земля не подверглась нападению неизвестного чудовища, но надолго ли такое благословение? С затаенным дыханием он проходил мимо ухоженных слив, яблонь, подвязанных цветов, аккуратных грядок и добротных построек, бросал быстрые взгляды на темнеющие горсти вишен, на крупные ягоды клубники и малины. Благодаря духу семьи их сад много веков плодоносил несколько раз в год, но неужели благоденствию настал конец?
Он прошел живую изгородь, обогнул соседские угодья и остановился. Вдалеке над осиновой рощей светился голубоватый купол. Дар переглянулся с хозяином и ободряюще закивал. Они спустились с пологого холма, прошли по узкой тропке, заросшей по бокам травой, и оказались на месте. Ярослав бережно дотронулся пальцем до щита. По нему тотчас пробежали волны и в точке соприкосновения разверзлась дыра, способная без помех пропустить такого высокого человека. Впрочем, куда ему до великана Всеволода…
Гостей опутала сладостная тишина рощи. Время здесь будто не текло, а замерло в одном сумрачном дне. Свечение купола мягко касалось мелкой листвы, веток, тропы, оно давало глазам ровно столько, чтобы беспрепятственно следовать по намеченной дороге.
Деревья расступались. Впереди показался небольшой серебристый пруд, а рядом маленький костер, вокруг которого расселось несколько десятков людей. Ярослав быстро нашёл свою семью и приблизился.
– Родной! – Жена вскочила на ноги и крепко обняла мужа. – Дар! – Она свела брови и счастливо улыбнулась. – Как я рада! Вы целы!
– Где Злата? – спросил мужчина, так и не найдя дочь среди остальных.
– Где-то здесь… – Мила осмотрелась. – Она очень переживала…
– И поэтому побежала узнать, в чём дело!
– Нет! Она никуда не уходила!
– Душа моя, – в голосе Ярослава не было и намека на нежность, – прошу, скажи, где Злата? Чудовище продолжает бродить по поселку, мы с Даром можем не успеть.
– Она пугливая, как мышь, никуда не осмелится пойти. Разве до соседнего дерева?
Мужчина вновь огляделся. Его внимание привлекло небольшое собрание молодежи за разросшимся кустом. Мелькнули светлые волосы, он выдохнул, прошел мимо соседей и остановился.
– Злата, – тихо позвал он, и огромные голубые глаза испуганно взметнулись. – Сколько ты здесь сидишь?
– Она давно с нами! – заступился семилетний мальчик, уставившись на Ярослава.