- Вот еще, - фыркнула девица, задирая подбородок, - я не обязана перед тобой отчитываться.
- Во-первых, перед вами, это ты тут на работе, а я отдыхаю, - жестко возразила, на корню пресекая вольное поведение Энаи, - а во-вторых, вполне могу развернуть Тео и сказать, что не могу справиться с тобой, и ты меня таки бесишь. Или даже заявлю, что ты давно влюблена в него и потому попыталась напоить и подложить под одного из моих гостей.
- Вы! Вы! Не посмеете, - удивленно воскликнула девушка, вцепившись в край стола, так что костяшки на пальцах побелели, - не можете так поступить! Ирр Теодор вам не поверит!
- А мы проверим, - ехидно передразнила я ее интонации, буквально пару минут назад, когда она еще чувствовала себя хозяйкой ситуации, - кому он поверит больше: тебе или плачущей мне.
Минуту я наблюдала, как на лице Энаи ходят желваки. Девушке совсем не обязательно знать, что для меня не представляется возможным подобное поведение. Сделала знак Юли принести мясного пирога и горячий чай. Подавальщица принесла запрашиваемое, и тут же убежала, сверкнув глазами на мою спутницу. Минуту дуэнья молчала, а потом Эная начала говорить. А я слушала и от шока прекратила жевать. Так и сидела дура дурой - с открытым ртом, полным пирога.
Жила девушка вместе с матушкой и четырьмя сестрами на севере королевства в маленькой деревеньке, которой не то что на карте нет, но и большая часть ближайших городов знать не знала, что севернее к самой границе есть еще одно поселение. Забытое богом место, которое жило благодаря сбору ягод и охоте на пушного зверя. Собственно после одной из охот не стало отца Энаи: огромный грызнь, один из видов местной фауны, растерзал мужчину. Мать повторно вышла замуж и отчим частенько поколачивал Энаю и четырех сестренок после очередной порции выпивки.
Сама девушка старалась изо всех сил: собирала ягоды в лесу, ставила силки на зайцев, стирала вместе с матерью в реке. Жизнь худо-бедно текла, пока девочка не обнаружила, что отчим положил на нее глаз. Намеки старого пьянчужки с каждым днем становились все прозрачнее, а действия все более однозначными. А мать... мать слишком боялась остаться одна и потому делала вид, что ничего не произошло. К чести матушки Энаи следует сказать, что она старалась отвлечь внимание мужа от старшей дочери.
Однажды в их края забрался Тео и, дал таки в глаз отчиму. Наверное, бы даже убил, но мать девушки встала на защиту мужика. Какой никакой, плохонький, но в хозяйстве был нужен: тяжело в одиночку тащить шесть девок. Тео отступился, но Энаю забрал с собой в город.
Вся деревня до сих пор считает девушку падшей женщиной, которую Тео забрал прямиком в свою постель. На деле же Эмерти предоставил Энае место в рядах школы внутренней безопасности. Он не скрывал, что возможно интересы государства и потребуют провести ночь со случайным мужчиной, но сама девушка была готова на что угодно, лишь бы не возвращаться домой.
Только страх перед Тео сдерживал отчима от сильных колотушек и заинтересованных взглядов в сторону младших сестренок. А если Эная вернется... отчим наверняка посчитает, что заступничества сиятельного ирра больше нет. Да и какое будущее может ждать девушку в месте, где все уже окрестили ее шлюхой?
Вот только с учебой у Энаи не очень получалось. Она едва-едва со скрипом сдавала предметы, а вот с практикой у нее не заладилось еще с первого года обучения, а если и сейчас завалит задание, не видать ей перевода на последний курс. Идти ей некуда. Гордая, не в меру заносчивая девица уже пробовала работать и подавальщицей, и служанкой, но долго пребывать в роли обслуживающего персонала не могла.
И поэтому если для сдачи практики ей надо присматривать за взбалмошной девицей, то Эная готова! Я скептически скривила губы. Взбалмошная девица значит? Кем она интересно меня считает? Любовницей Тео? Чувствую это в лучшем случае.
Таких как она надо ставить на место. Слишком гордая, слишком злая, все слишком. Она подставит меня перед Тео, даже если я ни в чем не виновата. Держу пари, Эная давно и прочно влюблена в Эмерти, чего тот не замечает, или даже пользовался. Надеюсь все-таки в прошедшем времени. О том, что у Тео, взрослого здорового мужчины могут быть любовницы, хотелось не думать. А значит я ее враг номер один, отобравший мужчину, которого она могла считать своим. Надо показать, что я сильнее. Что только мне диктовать правила в нашем вынужденном тандеме.
- И что, думаешь, разжалобила меня рассказами про плохого отчима и я тебя не прогоню?
- Вы же обещали!
- Нет, обещала только нажаловаться в том случае, если ты не расскажешь, но это не значит, что я обещала молчать в целом.
Девчонка пораженно смотрела на меня. По-моему я разрушила ее веру в добро. Интересно сколько ей лет? И спал ли с ней Тео? О боги, почему меня так волнует этот вопрос?
- Ты мне не нравишься, Эная, - спокойно произнесла, - и я говорю это тебе в лицо, а не за спиной или в жалобе ирру Теодору.
- Я ценю, - буркнула девчонка, щелчком сбивая с положенного места доску с меню.
- Жила себе, никого не трогала, а потом на мою голову свалили какую-то девицу-надсмотрщицу.
На секунду запнулась, начиная понимать, что моя речь почти полностью повторяет недавние слова Теодора. Неужели я его так же раздражаю, как меня бесит Эная? Замолкла на середине речи и досадливо махнула рукой.
- Не знаю какие указания дал тебе ирр Теодор, но если ты подставишь меня, клянусь... - я не договорила и выразительно фыркнула.
Выражение лица девочки было непередаваемым. Да уж, не повезло ей, оказалась меж двух огней.
А я уже спешила на кухню, к Стане. Извещение на улице, что завтра мы закрываемся для частного обслуживания уже висело, и многие разочарованно вздыхали. Все уже привыкли к тематическим обедам и сейчас ворчали, что лишатся привычного рациона.
Сегодня же объявила днем оборотней и потому в меню было много мяса. Впрочем, причина была проста: вчера нам притащили огромную пустынную газель приехавшие кочевники и нам срочно требовалось куда-то деть тушку. Потому были пироги, пицца, гамбургеры, рулеты с сыром. Точнее тем, что тут называли сыром. Как по мне дикая коза жуть насколько вонючая, но местная брынза как-то скрашивала этот факт.
Народ в общем зале прибавлялся и гомон не смолкал, заставляя меня улыбаться. Нравилась мне все-таки моя работа. Множество непохожих друг на друга людей со своими проблемами и мечтами. Вон Пит и Сьюзи, студенты последнего курса местной школы. Уже год тайно влюблены друг в друга и боятся признаться в этом. Симпатичная блондинка рядом с ними уже лет пять страдает по своему директору. Что она в нем нашла - мне до сих пор не понятно. Рик Путерс больше похож на Винни-Пуха, чем героя девичьих грез.
Из кухни выбежала Юли, которой на диво шел сарафан оборотней, и ловко лавируя между столиками двинулась в сторону стражников. В руках у нее был тяжелый поднос с пивом, который опасно кренился, грозясь вылететь из тонких девичьих рук. Надо дать девочке выходной. По-моему она уже на пределе. Уж очень суматошным выдался месяц и слишком на многое замахнулась девочка.