Сколько тоски и горечи в этой, ненароком оброненной фразе: «на дворе метель и сильно падает снег...» – куда убежишь?
Кокарев в январе 1921 года писал в губком: «Крестьяне не могут смирится с тем, что будут существовать на 2 фунта хлеба в день, полагающиеся по разверстке. Рассадниками контрреволюции являемся мы сами».
Студитов в начале 1921 года информировал председателя губисполкома Новоселова о бесчинствах уполномоченного губпродкома Обабкова, который «производил над крестьянами издевательства: грабежи, избиение кулаками, нагайками, прикладами ружей без всякого основания. Лично Обабков сам избивал, и в довершение всего пострадавшие крестьяне были арестованы и отправлены в Ишим».
Невтерпеж было крестьянскому сердцу видеть, как отнятый у селян хлеб, скот, продукты питания гибли на складах, в хранилищах, в загонах. Не стану ссылаться на примеры, проводимые в листовках и газете повстанцев «Голос Народной Армии», приведу лишь строки из Донесений ГубЧК:
...В Ялуторовском уезде наблюдается падеж скота, собранного по разверстке.
...В Туринском уезде сгорело 2000 пудов хлеба, падает от недогляду и бескормицы скот.
...В Бердюжье гибнет 22500 пудов хлеба.
...В Петухово «горит» 4000 пудов хлеба. «К хлебу относятся крайне небрежно».
...В Ишимском уезде сгноили мясо, собранное по разверстке.
Еще раз вспомните, что писалось об этом в эсеровских обращениях, листовках, прокламациях, и станет понятна их прилипчивость и популярность.
Завершить разговор о бесчинствах и преступлениях тюменских продработников хотелось бы ссылкой на два документа: «Заключительное постановление следователя реввоентрибунала Сибири Михалаша» и «Рапорт о контрреволюционном восстании в Ишимском уезде» председателя реввоентрибунала Сибири Опарина.
Вот что сказано в заключительном постановлении о «незаконных действиях» осужденных деятелей тюменских продорганов:
1. Лаурис Матвей Андович, 29 лет, член чрезвычайной губернской контрольно-инспекторской тройки. Матюгался. Угрожал. Ставил к стенке. «Где взять хлеб?» – «В реке, на самом дне». Обещанием выпустить из-под ареста заставил сожительствовать с ним двух гражданок (жену почтальона и Слободенникову). Арестовал судью 12 участка за то, что тот доказал присвоение Лаурисом денег. Раздаривал конфискованное имущество. Незаконно арестовывал...
2. Соколов Виктор Георгиевич. Бил крестьян по лицу. Давал команду «увести, шлепнуть», с дороги возвращал уводимого. Материл. Грозил револьвером...
3. Крестьянников Архип Степанович, губернский уполномоченный по проведению разверстки в Петуховском районе. 30 января проезжая через село Ларихинское, за то, что его не накормили обедом приказал красноармейцам избить прикладами двоих крестьян и те были избиты...
4. Заплетнн Михаил Григорьевич, 32 года, уполномоченный Упродкома. Пьяница и вор. Украл кожи, корову, мешки и т. д.
5. Полякевич Станислав Алексеевич, 39 лет, заместитель Ишимского Упродкомиссара. Так разговаривал с крестьянами: «не хватит хлеба, тебя повесим», «нет шерсти? стригите кожи и п... у баб и жен», «заморю в тюрьме!», «заберу вместо недоимки жену и детей!..» Мат. Заставлял кормить жареным мясом себя и весь отряд.
«Они развращали продармейцев», – заключает следователь. Чтобы убедиться в правоте этого вывода, привожу выдержки из Рапорта председателя реввоентрибунала Сибири Опарина:
«...Значительная доля вины в повстанческом движении падает на... ненормальные и преступные действия отдельных или из числа продработников...».
Чрезвычайный уполномоченный Соколов наносил побои гражданам Чуртанской волости (Прокопьеву, Гилеву, Носкову), грозил, матерился, уводил под расстрел...
«Райпродкомиссар Гущин и начальник отряда Гуляев применяли при проведении разверстки оружие и пороли крестьян плетьми».
Профработник Гурьман отнял у крестьян для себя пимы, брюки; в деревне Воробьево посадил в холодное помещение (зимой) 7 крестьян и держал до тех пор, пока те не подняли крик...
Продинспектор Яковлев производил самовольные аресты, конфисковал для себя две с половиной свиные туши...
Продработник Шулин бегал по селу с наганом, матерился, начал разверстку с ареста 67 крестьян...
Райпродкомиссар Демин бесчинствовал, называл крестьян собаками, самовольно арестовывал и полуголых загонял в холодные амбары...