Молодой, высокого роста человек с афропричёской на голове, в футболке с изображением пацифика покуривал косячок и улыбался им.
– Можете называть меня Джими. – Похититель присел за штурвал, и похищенных тут же прижало к полу.
Роланд с трудом оторвался от серебряного настила и хотел было подойти к Джими, как вдруг неведомая сила вновь отправила его на пол.
– Кто вы, чёрт побери?
– Я же уже представился, или вы не такой умный, как мне о вас рассказывали, мистер Гаррисон?
– Откуда вы знаете мою фамилию?
– Разве вы не получали от него телеграмм? – ответил вопросом на вопрос Джими.
– Вы имеете в виду того самого сумасшедшего? – лежа на полу, спрашивал Гаррисон.
– На вашем месте я бы не стал называть Нерумеруса таковым.
Центробежная сила прижала Майкла к полу плотней.
– Что это за судно такое? – поинтересовался лежащий рядом с профессором молодой индеец.
– Это не судно, Амарок, это андроид, иначе мы называем его ёж. Как только ёж доставит нас до локомотива, нам придётся на время расстаться, мне необходимо забрать очередного пассажира.
Глава VII
Военный госпиталь святого Иосифа находился в десятках километрах от ближайшего города. Журналистам, а тем более рядовым гражданам добраться до этих мест было довольно не просто. Возможно, именно поэтому правительство решило обустроить лагерь именно здесь. Под большим белым шатром располагался корпус, названный медиками Меркурием, в этом корпусе находились японские рыбаки судна «Арэта». В следующей большой палате располагался корпус китайских и американских учёных, названный Венерой, сразу за ними стояла небольшая палатка – Земля, в которой проживали пилоты частного авиалайнера и личный телохранитель русского олигарха Ивана Астафьева. В последней палате Марс находились «Дети хиппи».
Элен была распределена в последнюю палатку и работала с «Детьми», здесь же находилось несколько лингвистов, пытающихся понять язык «Детей».
Лингвист успела наладить контакт практически со всем персоналом госпиталя, помимо своего корпуса она беспрепятственно посещала и другие, хотя допуск к корпусам был строго персональным.
– Какая палатка за вами закреплена, мисс Райли? – спрашивал насупившись пожилой медик из третьего корпуса.
– Четвёртая, господин Митчел.
– Так какого чёрта вы забыли здесь! Убирайтесь немедленно, иначе я буду вынужден доложить вышестоящему начальству.
– Какие мы строгие, вы только посмотрите. – Райли, покачивая своими широкими бедрами, вышла из палатки.
Вслед за ней выбежал мужчина, наблюдавший за диалогом врача и лингвиста с больничной койки.
– Владимир, вы бы лучше оставались на своей койке, а иначе вас может наказать этот безумный старикан.
– Я с шести лет занимался боксом, думаю, ему будет затруднительно меня наказывать, – на лице Владимир засияла улыбка.
Райли ответила ему тем же.
– Думаю, после объявления сон-часа нам удастся с вами встретиться.
Владимир победоносно вскинул руки вверх.
– Оу, детка, смею тебя заверить, это будет незабываемая ночь.
Райли послала Владимиру воздушный поцелуй, последовав к своему корпусу.
– Где тебя опять носило? – возмутилась Элен.
– Выходила покурить, ты же не хочешь, чтобы у детишек развился рак лёгких в столь раннем возрасте?
– Это им не грозит, а вот тебе я бы посоветовала завязывать с табаком.
Райли демонстративно закатила кверху свои голубые глаза.
– Выкладывай новости.
– В соседней палатке есть довольно симпатичный мужчина, и это не мистер Митчел.
– Скажи мне, Райли, я договорилась с генералом о твоём назначении сюда ради того, чтобы моя лучшая подруга крутила романы с моими же пациентами? – рассердилась Элен.
– Подумаешь тоже, превеликая жертва. Элен, они ведь ни черта не понимают, абсолютно ничего. Вот смотри!
Райли подсела к кроватке, на которой, открыв глаза, лежала, свернувшись калачиком, испуганная девочка.
– Хеллоу, привет, салам, чао, хай, хаю, оля, хи, сустай, намасте…
Райли поздоровалась с маленькой пациенткой на разных языках мира, но ответа не последовало.
– Эта работа будет вестись ещё очень долго, пока мы не научим их понимать смысл наших слов. Поверь, в мире нет ни одного языка, похожего на тот, на котором они общаются друг с другом.
– Это не значит, что ты не должна пытаться, Райли, если ты перестанешь заниматься своей непосредственной работой…
– То что, ты прогонишь меня?!
Разозлившись, Райли взяла с тумбочки, стоявшего возле кроватки, альбом с изображением различных зверей и стала объяснять девочке названия животных.