«Ничего, скоро я заполучу акции этого простофили за бесценок», – думал про себя Рик, неоднократно обращаясь с предложением по покупке к наследнику. Константин не мог перепродать акции третьим лицам, ведь в наследстве чёрным по белому было сказано: «Акции невозможно перепродать не акционерам».
Рик надавил на мистера Шоха, когда тот, лёжа под капельницей в палате интенсивной терапии, изнывал от боли. «Твой сын, ты ведь знаешь, может продать акции какому-нибудь пройдохе, газета перестанет существовать, и твоё наследие погибнет». Сначала Рик занял главный офис, затем настоял на том, что Константину лучше работать в дочерней редакции, которая, по его мнению, немного провисла. «Твой опыт поможет им вновь войти в колею», – будет утверждать Рик. Позже Рик подошлёт в редакцию своих прихвостней Розье и Ленса. Несомненно, Шох продал бы свои акции Рику, но на авансцене появился новый игрок.
– Можете называть меня Ленгом, без какой-либо приставки, этого вполне достаточно.
– Мистер Ленг, я хотел бы спросить, какой у вас опыт? – рассматривая новую кандидатуру на пост корректора, несколько смущаясь, спрашивал Шох.
– «Вашингтон пост», «Нью-Йорк таймс» вас устроит?
– Вполне, мистер Ленс, ой, прошу прощения, Ленг.
Как казалось Рику, Розье и Ленсу, сгорбившийся пенсионер, не представлял для них совершенно никакой опасности, но по истечении времени все они поняли, какую ошибку совершили, утверждая кандидатуру нового сотрудника.
– Мистер Ленс, я хотел бы поинтересоваться, когда вы завершите статью о поджогах автомобилей в округе Колумбия?
– Думаю, завтра.
– Но ведь завтра газета уже должна выйти, – возмущался Шох.
– У меня не восемь рук, поручи это кому-нибудь другому.
– Я, я, я, я вас уволю!
– Собираешься это сделать без ведома Рика? – Ленс усмехнулся.
К конфликту как всегда подоспела лёгкая на помине мисс Розье, заступаясь за своего любовника, она выкрикивала:
– Зайди в свой кабинет, бестолочь!
После очередного выпада в свой адрес с низко опущенной головой Шох уже было направился в свой кабинет, как его вдруг остановил Ленг.
– Вы это куда направились, мистер Шох? – с некоторым удивлением спросил у своего босса старичок.
– И вы с ними заодно, Ленг, вас тоже подослал Рик?
– Я сам по себе, волчья натура, понимаете ли… Просто хотел сказать, что вам не следует идти в свой бункер и, закрывшись в нём, прятаться от всего мира, вы ведь не Гитлер.
– Пусть убирается, чёртов придурок, – настаивала на своём белокурая Розье.
– Почему вы их не уволите?! – выпучив глаза, спрашивал шокированный выходкой своих коллег Ленг.
– Рик не позволит мне этого сделать, он обладатель контрольного пакета, понимаете…
Ленг достал из кармана своего потёртого клетчатого пиджака диктофон и включил запись только что состоявшегося разговора.
– Что вы себе позволяете, это незаконно, мы не давали своего согласия на запись! – возмутился Макс.
В порыве гнева он хотел вырвать диктофон из рук старика, но тот одним движением руки опрокинул нападавшего на пол. Лежавший на полу Макс Ленс недоумевал, как такое под силу старику.
– Не советую тебе повторять, сынок, служба в армии научила меня многому. Думаю, вам с Розье стоит подумать об отставке («Эта запись послужит компроматом в случае вашего несогласия»), – говоря, Ленг злорадно улыбался.
Розье и Ленс, естественно, не были уволены, они лишь были переведены в головной офис газеты, а на их место Рик посадил своих осведомителей братьев-толстосумов Теда и Брайана, больше занимавшихся не работой, а слежкой за Константином Шохом и его новым приятелем Ленгом.
Не обращая внимания на лазутчиков и интриги, создаваемые время от времени Риком, наконец-таки началась настоящая работа. В тандеме с Ленгом Шох набрал достойную, перспективную команду молодых репортёров, сумевшую подготовить и выпустить в свет ряд интересных, значимых статей. Рик же искал способ досадить Константину – набрав номера нужных людей, он навел кое-какие справки по корректору.
Константин Шох спал, когда ему позвонили.
– Алло! – Шох с неохотой взял мобильник.
– Извини, что в такую рань звоню, это Рик.
– Я догадался по голосу.
– Думаю, нам надо выпить.
– Что, прям сейчас?