Дом Аэлиты стоял на самом отшибе, даже не в частном секторе, а скорее в лесу. Эдакая ведьмина хижина, мрачная и неприступная, как бетонный ДЗОТ времён Великой войны. На ум опять пришла полузнакомая книга про чёрных копателей, которые случайно разрыли мёртвого эсесовца. А тот взял, да и порешил их всех на всякий случай.
Я заглушил мотор и в который раз — ну да, невроз! — принялся шарить в бардачке, потом по карманам, потом снова в бардачке… Где ключи-то, мать вашу?! Где-то же они должны быть? Наконец я плюнул и вылез из Заводной, плюхнулся на капот и зло закурил. Ну вывели, ну! Ещё эти чёртовы комары! Рисунок на моей пачке обещал импотенцию. Не самый худший вариант, если подумать. Да и рисунок нестрашный — мужик в джинсах виновато разводит руками на уровне пояса, мол не шмогла я, звыняй. Что ж поделаешь, с кем не бывает. Я ругнулся и шлёпнул себя по шее. Комар увернулся, а шея уже начинала отчаянно чесаться.
От стены ДЗОТа беззвучно отделилась хрупкая фигурка в чёрном латексе.
— Привет, — сказала она, и меня прошиб холодный пот. Это была моя первая галлюцинация, та что собиралась убить меня и тётушку Аэлиту. Та самая брюнеточка с пушкой. Та самая. Комбез её был иссиня-чёрный, и волосы её, постриженные в боб-каре — тоже чернее безлунной ночи. Как и глаза. Как и глаза того ворона на ведьмином вязе в окне. Всё приехали. В потолке открылся люк…
— Полный провал, — сказала Брюнеточка-Ворон и шлёпнула себя по шее. — С-с-сука! Она успела сдохнуть до того, как я пришла её убивать. С-с-сука!
Я молчал… А что тут скажешь? Забавно, я и сам, пока ехал, изо всех сил просил того же. Опоздать и не влипать во все эти мутные дела с демонами, и всем остальным. У меня ж, блин, институт, сопромат, пересдача… чёртов сопромат, чёртовы пересдачи, чёртов институт, пошло бы оно всё! И вообще, так по-честному, сменить бы глобус, ограбить банк да и рвануть бы в Гоа. Гонять на древнем Энфилде, пить всякий Кингфишер, по барам зависать…
Где-то высоко в небесах шептались сосны, рыжие стройные стволы под пряной колючей хвоей. Люблю сосны. Обожаю. В сосновом бору всегда светло и сказочно, и сказка эта о вечном детстве, счастливом и солнечном, где ничего плохого с тобой по определению не случится.
Припекало. Звенели на солнце тучи комаров. Брюнеточка-Ворон подковырнула носком что-то там на земле и задумчиво продолжала:
— И всего-то стоило на денёк в казино зависнуть…
…или казино ограбить. Тоже идея. А то что они да они всё время?
— …ещё и такая непруха, — продолжала Брюнеточка-Ворон. — Весь задаток, блин! За обоих.
За обоих — это за нас с Аэлитой, вестимо. Глюк получает задаток за моё убийство и проигрывает его в казино… Припекало. Меня потихоньку клонило в сон. Ограбить казино, рвануть в Гоа… жить в пляжном домике, в таком картонном шэке с боевой кислотной раскраской. Индусы их ставят на сезон, летом их смывает дождями, они их вылавливают из Индийского океана и ставят заново перед следующим сезоном. Утром просыпаешься, ещё холодно, прибой прямо у двери, мотик весь в стылой росе. Вытряхнешь скорпионов из кроссовок и едешь в Манго-Три. Или к Гвен рядом с госпиталем Св. Антония, там вкусно и не отравят…
— О чём задумался?
— Да так. Это ты ключи взяла?
— Ключи? — переспросила Брюнеточка-Ворон. — Ну да, я. Мне ж схорониться надо. А тут отстреливаться хорошо, если что. Да и консервов завались, что очень кстати, когда на голяках.
— Схорониться? — с некоторым опозданием спросил я. — Отстреливаться?! От кого?
— Да неважно. Поживу тут, пока шумиха не уляжется. А тебе настоятельно рекомендую свалить подальше. Желательно вообще на край света, в какое-нибудь солнечное Гоа.
Ну что ж, ещё одно доказательство в пользу того, что она глюк, злорадно заключил я. Повторяет мои мысли, как пить дать глюк. Хотя и ничего себе такой глюк, вполне. Стройная, тугая, гибкая. Попка как орех. Глаза… Вот ограбить бы казино, свалить бы на Гоа вместе с ней — а пусть и с глюком! Зависать вместе в барах, гонять на Энфилде, прожариваться на солнце. И её тоже… носик, правда, великоват. А так вполне ничего. Вполне.
— Интересно, можно как-то один глюк убрать, а второй оставить?
— Ты что там бубнишь?
Вместо ответа я кивнул на Чёрта. Тот так и сидел в Заводной и снова наяривал в мой ноутбук.
— А-а-а, мелкий бес, — буркнула Брюнеточка-Ворон. — Интересно, на кой он Аэлите понадобился?