-Ты понимаешь, о чём говоришь? Ты – всего лишь глупая девчонка, не способна ни править, ни управлять чем-то посложнее служанки…
-Но, согласись, мои служанки очень хороши, - шепчет принцесса, подойдя ближе. – Поторопись жениться и завести детей, братец. Даже если я не хочу отобрать у тебя трон, это совсем не значит, что все думают так же.
-О чём ты?
-Ты всю жизнь видел во мне врага, хотя я ни разу не сделала тебе ничего плохого. Сторонился меня и ненавидел, словно реального конкурента. А ведь мы могли быть хорошими друзьями и тогда детство было бы не таким одиноким, - она улыбается, ощущая лёгкую грусть от необходимости снова покинуть родной дом. – А теперь прощай. Надеюсь, больше никогда не увидимся…
-Мне говорили, что Вы очень застенчивая, - по-окавиански спрашивает принц, наблюдая за тем, как его молодая жена устраивается на подушках, сняв туфли и спрятав ноги в облаке подола. И ехать двое суток, как помнит принцесса – избегая людных трактов и возможности хоть где-то задержаться. Несмотря на брак, Рокона и Окавия до сих пор не подписали мирный договор, так что кто-то может решить выслужиться, просто зарезав двух окавианских аристократов, прибывших на дорогой карете. - Врали?
-Ну, я же не голая, - отмахивается на родном языке принцесса. – К тому же, мы оба устали, не помешает как следует выспаться.
-Такая забота…
-Это всего лишь холодный расчёт, не обольщайтесь.
-И всё же, мы теперь супруги. Стоит ли мне говорить о своих планах и брать Вас с собой в дипломатические поездки, или лучше не мешать вести собственную жизнь?
-Полагаю, держать друг друга в курсе перемещений – банальная вежливость, - жмёт плечами Марика. – К тому же, не хотелось бы ненароком столкнуться в каком-нибудь охотничьем домике, когда у каждого будет свой собственный «трофей».
-Вы всё-таки намерены завести любовника, верно? – хмурится принц. – И Вам совершенно наплевать на моё мнение?
-Ох, Ваше Величество, у Вас есть всего один способ заставить меня хранить верность – постоянно находиться рядом, удовлетворяя все желания.
Ей кажется, что уж подобный намёк сложно не заметить, но ответа не следует. Повернувшись к собеседнику от окна, принцесса замечает, что принц Робеус, будущий Король Окавии, сладко спит, откинувшись на подушки. Мимо проносится невероятный по цветности пейзаж, и она тоже позволяет себе прикрыть глаза.
Жизнь должна, просто обязана стать лучше…
Горячая вода – пожалуй, единственное, что Марика не хочет менять. В этот раз она не запирает дверь и, когда леди Аренд аккуратно стучит, позволяет ей войти, поманив также пальцем и столпившихся в коридоре девушек. Осматривает, лениво и спокойно, вставших единым строем в своих одинаковых платьях любовниц будущего мужа и уточняет:
-Которую из них принц любит сильнее остальных?
-В-ваше В-величество? – теряет дар речи женщина. – О чём Вы говорите?
-Мне стоит перейти на окавианский, чтобы меня начали понимать? – взмахивает рукой принцесса. – Или будет достаточно выдать каждой по десятку плетей? Кроме Вас, разумеется, для Вас этого явно мало…
-Эм… ну…
-Я всё ещё жду ответа. Которая из них самая любимая?
-Бралли, Ваше Величество, - присев в реверансе с опущенной головой, куда-то в пол произносит девушка. У неё не слишком-то объёмная грудь, но при этом удивительно узкая талия и немного смешной, задорно вздёрнутый крохотный носик, который в паре с огромными голубыми глазами делает лицо почти что кукольным. – Простите, что говорю без спроса.
-Ничего, я ведь сама задала вопрос. С этого дня ты – моя личная служанка. Остальные будут фрейлинами и станут постоянно развлекать во время прогулок и балов. Если кто-то решит выйти замуж, что я с радостью посодействую, в остальном же – мой муж имеет право спать с кем хочет, пока это не вредит моим собственным планам, так что берегите силы для дневных развлечений, ясно?
-Но, Ваше Величество, я слышала, что нравы Роконы сильно отличаются от…
-Не стоит обольщаться насчёт нравов королевских семей других стран, - прерывает леди Аренд Марика и блаженно тянется. – Пусть мне принесут ещё горячей воды и нормальное платье, я не собираюсь выходить замуж в наряде цветочного горшка…
Вечером она снова принимает ванну и позволяет сразу нескольким девушкам увлажнить кожу нежнейшим розовым маслом. Тонкий шёлк ночной рубашки приятно охватывает тело и, подколов волосы, принцесса устраивается в постели в одиночестве. Возможно, принц Робеус и стучится, но сквозь запертую на два замка дверь и крепкий сон Марика его просто не слышит…