-Мне говорили, что Вы очень застенчивая, - по-окавиански спрашивает принц уже в карете, видимо, намекая на то, как Марика привычно развалилась, подмяв под себя сразу несколько подушек. - Врали?
Это мало похоже на воспоминания, которые должны были бы проноситься перед глазами быстро и без изменений. Сложно представить, чтобы, не замечая мелкие детали во время реальной жизни, Марика смогла на них сконцентрироваться уже после. К тому же… некоторые вещи всё-таки лучше оставить на старых местах, верно?
-Простите, я не говорю на окавианском, - стараясь казаться сконфуженной, произносит принцесса.
-Но Вы его узнали.
-Посол часто навещает Короля в последнее время, кое-что зацепила ухом, не более того.
-А вот я знаю роконский.
-Не удивлена. Мой брат тоже учил окавианский. На случай победы.
-А чему учили Вас?
-Читать, молиться, вышивать… а, и не задавать лишних вопросов.
-Очень полезное качество в Окавии. Вы всегда так немногословны?
-Вероятно, мне всего лишь нечего сказать. В таких случаях лучше держать рот на замке.
-Хм… логично. Некоторым людям стоило бы у Вас поучиться…
Когда карета останавливается у дворца, Марика по привычке ждёт открытой двери и поданной руки мужа, но тот, то ли забыв о ней, то ли – сознательно проигнорировав, не появляется. В конце концов она сама распахивает дверь и, придерживая длинное платье, шагает вниз, на мокрый камень специальной ступеньки. Под ногами скользко, но принцесса справляется. Дворец погружён в уже знакомое розово-персиковое великолепие, и, только зайдя внутри, Марика тут же ощущает себя дома.
Так и должно быть.
-Ваше Величество, - леди Аренд, скандальная бывшая любовница Короля Окавии, единственная из всех оставленная во дворце благодаря своим умения управлять людьми, появляется как раз вовремя: Марика успела заблудиться и даже немного разозлиться от лезущего в нос запаха цветов. – Мне поручено Вас нарядить.
-Отлично. А то я уже почти потеряла терпение и просто жажду снять это платье. Мы были в пути два дня, есть ли возможность помыться?
Женщина осматривает её с ног до головы и, странно хмыкнув, присаживается уже в более глубоком, уважительном реверансе.
-Прошу за мной, Ваше Величество.
Они следуют меж массивных ваз и цветов по едва понятному узору плитки, которую Марика за полвека так и не научилась различать. Выскочившие из-за угла девушки разом замирают и, опустившись в реверанс, демонстрируют пышные холмы грудей. Квадратные вырезы платьев настолько глубоки, что туда легко можно было бы вставить букет.
-Леди Аренд, нам сообщили, что нужна помощь.
-Уже разобрались, - отмахивается женщина и жестом подзывает к себе ближайшую. – Распорядись, чтобы принцессе приготовили ванну с лепестками роз, как любит принц. И не вздумай начудить, поняла? Я всё вижу, только попробуй что-то выкинуть, это тебе не глупая девка, а будущая Королева, пусть и выглядит как пугало, - когда девушки, снова выказав уважение, все вместе так и уходят, леди Аренд осторожно опирается на край ближайшей вазы, несколько раз глубоко вздыхая. Она совершенно не чувствует себя виноватой за то, что только что сказала и Марика запоздало понимает, что разговор шёл на октавианском. Происходило ли такое раньше, что окружающие обсуждали её не просто за спиной – прямо в её присутствии, прикрывая свою грубость другим языком? – Что ж, следуйте за мной, Ваше Величество.
Она ныряют в темноту коридора и, спустя десяток шагов, принимаются петлять, то и дело поворачивая в разные стороны. Оказавшись, наконец, в небольшой комнате с огромной медной ванной в центре, Марика ощущает почти благодарность.
А потом леди Аренд чётко приказывает:
-Разденьте её и как следует ототрите мочалками, мало ли – вшивая.
Хорошее настроение моментально исчезает. Принцесса оборачивается и, смотря наглой управляющей прямо в глаза, приказывает:
-Все вон.
-Но, Ваше Величество, нужно…
-Я сама справлюсь. К тому же, чужие завистливые глаза прямо перед свадьбой – плохой знак.
Марика запирается, осторожно стягивает платье и позволяет себе несколько судорожных, почти болезненных вздохов. Традиционный наряд сдавливал рёбра с такой силой, словно намеревался убить, но это ещё можно было вытерпеть пару-тройку часов. Однако принц настоял на том, чтобы покинуть Рокону как можно скорее, видимо, опасаясь за свою жизнь. Так что ей пришлось перенести несколько дней в карете, без постоялых дворов, но зато с тряской из-за плохих дорог родного Королевства. И теперь она намерена вознаградить себя за это парой часов расслабленного лежания в горячей ванне…