— Для других. Точнее — для науки. Неважно, кто толкает вперед, лишь бы она двигалась, лишь бы не стояла на месте!
И понес «свою» рыбу в лабораторию. Я знаю, ему нужна вовсе не рыба, а ее мозг. Рыбу он выбросит, а вот маленький серый комочек из рыбьей головы, оказывается, для биолога ценнейшая вещь. Организм можно понять только в его развитии. В процессе эволюции мозг живого существа меняется. Есть такое понятие — «химизм» мозга. Мозг тоже эволюционизировал на протяжении истории жизни на Земле. Е. М. Крепса интересует биохимическая сторона эволюционного развития, в частности мозга. Чтобы понять эволюцию человеческого мозга, нужно исследовать все этапы развития от червей и насекомых до позвоночных. Наиболее многочисленный класс позвоночных — рыбы, обитающие в самых различных условиях. Какие химические механизмы живой клетки помогают рыбам приспосабливаться к этим условиям? В поисках ответов на эти вопросы и отправлялся академик Крепс в свои далекие морские вояжи. Исследования эти сложны, долги, кропотливы, но в конечном счете ведут к лучшему пониманию всего живого мира и высшего его представителя — человека.
Этим перспективным направлением в науке Евгений Михайлович увлекся еще в молодости, когда работал под руководством академика И. П. Павлова, а потом вместе со своим другом и учителем академиком Л. А. Орбели. Крепе добился того, что новое направление в науке, сравнительной физиологии и биохимии, которое он возглавил, было оценено и признано во всем мире.
— Евгений Михайлович, вы довольны сегодняшним тралением? Своей рыбой?
— Конечно! Мозг любого живого существа — великая тайна природы. Даже мозг самой ничтожной рыбешки.
Оказывается, сегодня мы все-таки добыли тайну в черных глубинах Ионического желоба!
В Марселе на борт «Витязя» поднялся немолодой элегантный француз. Его узнали сразу: мировая знаменитость, доктор Ксавье Фруктюс. Специально прилетел из Парижа, чтобы ступить на борт прославленного «Витязя» в его последнем прощальном рейсе и встретиться с академиком Крепсом, тоже знаменитостью.
Шагнули навстречу друг к другу на палубе, как два добрых, давно не встречавшихся друга.
— Все плаваете?
Все плаваю…
— И я тоже. Как нам с вами без моря?!
Крепс приложил руку к груди.
— Когда по ночам засыпаю, то слышу, как море плещется в моем сердце.
Они старые друзья и соратники — Фруктюс и Крепс. У них общие научные интересы. Француз не биолог — он один из крупнейших в мире специалистов по глубоководным погружениям человека. По имя академика Крепса известно за рубежом и не только среди биологов. Его высоко ценят как крупного теоретика и организатора исследований по пребыванию человека под водой. Сам много раз опускался на дно. Он «заболел» биохимией с юности, по одной химии для натуры Крепса было недостаточно. Натура оказалась бурной, деятельной и искала все новые и новые возможности своего проявления. В гражданскую войну он командовал взводом красноармейцев в борьбе против Колчака. В двадцатые годы стал одним из организаторов водолазной службы в нашей стране. Разработал принципиально новую методику глубоководных погружений. Немало наших моряков-подводников обязаны ему жизнью. И не только наших.
Я слышал разговор Крепса и Фруктюса, когда они прощались у трапа «Витязя».
— Мы, конечно, встретимся снова?
— А как же! — уверенно подтвердил Крепс. — Теперь где-нибудь в океане.
— Согласен! — улыбнулся француз. — Где-нибудь в самой интересной его точке. Ведь есть еще ветер в наших с вами парусах, коллега!
— Есть! И дел у нас с вами в океане еще немало.
В тот день «Витязь» покинул Марсель и взял курс к берегам Испании. Вечером в столовой команды по просьбе моряков Крепс рассказывал о значении глубоководных исследований в Мировом океане. Закончил выступление фразой, которую я записал дословно:
— Из космоса наша Земля выглядит голубой звездочкой. Это потому, что две трети ее поверхности покрыто водой. Если и есть на других планетах разумные обитатели, то они, конечно, нам завидуют. Столько на нашей планете животворной влаги! Нам с вами, друзья, надо гордиться этим великим богатством землян, хорошо знать его и, главное, беречь.
После выступления академика было немало вопросов. Кто-то из молодых поинтересовался, за что дали Евгению Михайловичу звание Героя Социалистического Труда.
— Просто мне посчастливилось участвовать в защите океана от беды.
Много лет назад в своем первом рейсе на «Витязе» он уходил в океан, чтобы выполнить ответственное правительственное задание — определить степень заражения морской фауны в результате испытаний американцами и англичанами ядерных бомб на атоллах. Он помог доказать недопустимость захоронения радиоактивных отходов даже в самых бездонных впадинах. Из-за глубинных циркуляций воды радиация грозила распространиться по всему океану. Этот рейс способствовал договоренности о международном запрете на сброс в океан опасных отходов.