оружие, ей не нужна сила, сладостью она покоряет. На ней всегда много
ювелирных украшений, она любит красоту и изящество. А когда на балах или
приемах, Ошун нисходит в танцовщицу, движения этой женщины становятся
необычайно плавными, браслеты наполняются необыкновенным звоном и сама
женщина обретает невероятную привлекательность.
- Тогда понято, почему меня решили пригласить именно в ее дворец -
улыбнулся Априус – мягкое обволакивающее соблазнение, с последующим
влиянием на мои решения.
- Мы этого не говорили… – опомнился Андерик. - Намерения знати, для нас
182
непонятны.
- Это да - согласился чародей – каждый ищет свою выгоду, которая другим
может показаться странной. Но вы ребята свою работу сделали, не дали мне
скучать по пути к дворцу, за что вам благодарность, да и просветили меня чуток, как вы тут живете.
Воины провели его во дворец, но почему-то сопроводили не к главному
входу, а во внутренний двор, где среди фонтанов и аллей с цветами гуляла,
темнокожая девушка. На ней была только длинная до пят легкая, прозрачная юбка
и сандалии. Высокая, красивая грудь была ничем, не прикрыта, только ожерелье
из раковин, не делала ее полностью нагой до пояса, тонкая талия, горделивая
осанка, темные, вьющиеся волосы свободно ниспадали до лопаток, изящество и
грация во всем. Но манило к ней не это, а какое-то мягкое, обволакивающее
притяжение.
- Это и есть Ошун – пояснил Камриль – мы удаляемся.
Априус застыл в непонимании – зачем его решили принимать именно так?
Обольщают, задабривают, пытаются очаровать, или что еще? Так он, не его
хирдманы - с нелюдями, как бы те не выглядели, утехами заниматься не будет. Не
то, чтобы он брезговал, или прямо таки хранил верность близняшкам, тут
срабатывали другие принципы. Да и сама связь с чудовищем, обернувшимся
красоткой, тоже как-то не прельщала. Если бы это были нагини, то он бы, может
еще подумал, тут особо не привыкать – как-никак та же Вилисиль, могла
выпускать ядовитые змеиные зубы, менять глаза, язык, и отращивать хвост,
правда из кобчика. Или тут имеет место подвох?
Глава шестая
Навязанные…
***
- Значит, ты и есть Ошун – проговорил Априус, отвесив легкий галантный
поклон в знак приветствия – хозяйка этого места?
- Да это я - просто журчащим, как весенний ручеек, голосом, ответила она –
рада приветствовать тебя посланник Лимлунга…
- Я не его посланник – перебил чародей – мы с ним просто приятели.… Хотя
вместе и не пьем вино, и не играем в кости, но он попросил вас опекать, а
поскольку в этом мире это невозможно - я предложил переселение в…. В общем,
в земли подвластные мне. Там никто ничего никому не навязывает, ни веры, ни
дурацких законов, каждый волен выбирать сам. Но кое-какие догмы мы все-таки
прививаем. Но не сомневайся, там вам будет лучше, чем где, то еще.
Она улыбнулась, показывая ровненькие, белые зубки, и ответила:
- Ни на этой земле, ни в других мерах не будет счастья тому, кто
сомневается. Сомневаешься в муже - не будет счастья в семейной жизни,
сомневаешься в работе, не будет счастья на работе! Если человек делает то, что
сам не хочет, значит, Бог не поможет ему в этом, Бог будет разрушать действия
человека, дабы дать ему возможность делать то, в чем нет сомнения. Раньше я
именно так и поступала, ну до прихода этих, ты понял…. Мы не упоминаем их
имена. Чтобы это не было похоже на почитание – звать по имени значит уважать,
да и еще для того, чтобы даже эхо от звуков не привлекло внимание,
- Мы делали так же – усмехнулся Априус – чтобы все нелестные эпитеты,
прикрепляемые к этим именам, не достигали, чьих бы то ни было ушей. В имени
вообще кроме его фонической силы много чего содержится, если конечно знать
183
что оно обозначает.
- Заметно, что вы с Лимлунгом, общаетесь – усмехнулась она – оба
любознательны. Мы почитаем его как своего Спасителя и Бога Знаний,
посредством которых он и познает Вселенную…. Но не буду тебя выспрашивать,
скажи, не хочешь ли освежиться, принять ванну, уже поздний вечер и как нельзя
лучше подойдет светящийся источник?
Априус не стал даже раздумывать, водные процедуры в последний раз
принимал еще в Гиль-Эстэль, а всякие там соблазны, это пускай старается,
интересней будет проводить время.
- Было бы очень кстати – ответил он – я хоть и не нуждаюсь в этом, но
привык в свое время…
- А я вот без воды не могу – поигрывая бедрами, и облизывая полные губы,
проворковала она – это моя стихия. Так что могу составить компанию. У меня тут
отличная купальня есть помимо всего прочего.
- Предпочитаю проточную воду – признался Рус – но сойдет и купальня.
- У меня не простая купальня – лукаво улыбнулась Ошун, очередной раз,
демонстрируя свои прекрасные, белые зубки.
- Непростая… гм это интересно тогда веди, поглядим…
Ошун, как пантера, грациозная и опасная одновременно, скользнула в
боковую аллею, и поманила его за собой, при этом ее движения вошли в
определенный ритм, что должен был навести Априуса, на вполне понятные
желания. Он усмехнулся и пошел за ней, бегло осматривая окружающий пейзаж.
Аллея вывела, к квадратной купели, в которую стекали воды трех
источников, через боковые желоба, а четвертый водопадиком, низвергался в этот
бассейн, со скалы сверху, и уже далее вся, смешанная вода уходила в озеро.
- Ну, как нравится? – Повернулась девушка к нему, мигом выскальзывая из
юбки и сандалий, и нарочито медленно начала спускаться в купальню.
- Все нравится – чуть запоздав с ответом, проговорил Рус, не зная как себя
вести – и даже очень.
Потом, вспомнив, что он сейчас как бы и не он, и оставив палицу,
проследовал к ступеням купальни. Ведь внешность Эльдариусийца Априуса,
осталась в кристалле Гиль-Эстэль, и сейчас он выглядел как когда-то давно, в те
дни, когда заявился в одиночку прямиком, в Тронное Царство. Ну, почти, так.
Смуглая кожа, лицо с острыми высокими скулами, длинные черные волосы
заплетены в косички, борода, разделена, на три перехваченных шнурами хвоста,
тело тоже не осталось старым, и бугрилось мышцами, и перевивами жил.
- Что ж шоколадная красотка, давай поиграем, в твою игру - мысленно
усмехнулся он, полностью уверенный в защищенности, от любых воздействий.
Едва он ступил в искрящуюся всеми цветами радуги, воду, как ощутил
идущее от нее, мягкое обволакивание - чары водной девы, начали действовать.
Можно было бы поддаться им без оглядки, но слова Андерика, про то, что она
режет, медом, были чересчур необычны. И тут наоборот, надо было держать ухо
востро, а не расслабляться. С другой стороны – ну чем она, для него может быть
опасна? Но для начала примем омовение.
Он с головой опустился под воду, давая ей просочиться в каждую пору кожи,
ощутил слабый ток Силы – источники, явно были не совсем простые, но и не
магические до такой степени, чтобы удивиться. Раз, другой, нырнув, и вынырнув,
Рус, мысленным усилием убрал свои доспехи - одежды, некоторое время
наслаждался купанием, а затем направился к гибкой и податливой женщине из