Правда, появилась новая привычка. По вечерам выходил из квартиры и подолгу гулял в Лабиринте — обалденно красивый комплекс, который, пожалуй, простирался под всем городом. Выход в него я нашёл в подвале своего дома. Собственно, я там и очнулся, кажется, и оттуда прошёл домой в то утро, когда мне позвонила Ника. Великолепные барельефы, панно и другие всякие фрески-арабески — я в этом, если честно, не разбираюсь... Футуристичные картины соседствовали с батальными полотнами и библейскими мотивами, каждый раз, заходя туда, я находил для себя что-то новое и интересное. Нашёл даже громадную арку с тяжёлыми створками на другом конце лабиринта — кажется, это было что-то вроде выхода. Я знал, что, выйдя, всегда смогу сюда вернуться, но — зачем пробовать? Меня устраивало всё...
* * *
Гоблин с надеждой смотрел на человека, сидящего напротив.
— Ну, что?
— Мне жаль, сэр, — с ощутимым акцентом ответил ему пожилой араб. — Но вероятность того, что мальчика удастся вытащить, крайне мала...
— Почему? — глухо спросил Шейт. — Вы же один из лучших легилиментов планеты!..
— Но и я не всемогущ! Даже если я смогу его найти, он не вернётся. Видите ли, природа данной ловушки очень хитра... Обряд, создающий её, был разработан в древности и требует поистине ужасных действий. Изощрённая ловушка для души, немедля убивающая тело; я удивлён, что вы успели доставить мальчика к лекарям...
— Скажите мне что-то, чего я не знаю, — устало сгорбился в кресле гоблин.
— Ловушка двухуровневая. Первый уровень — это Лабиринт, огромный комплекс, из которого нет выхода. Там душа и разум человека оказываются терзаемы страхами и истязаемы физически, если так можно сказать — иллюзия голода и непогоды, возможно, чудовища, охотящиеся за жертвой... Это лёгкий вариант. Да, человека трудно вытащить, так как он становится подозрителен и недоверчив, но он хочет выбраться. Если бы всё было так, я бы мог помочь...
— А второй уровень? Саша на нём, так?
— Верно... Если дух человек силён, а психика гибка, он подчиняет себе Лабиринт. Фактически строение становится для него своеобразной игрушкой — он видит то, что хочет, в своём Лабиринте он царь и бог... Ему даже известен выход.
— И в чём ловушка? Да и вообще, могло ли статься так, что вы просто не нашли Сашу в Лабиринте?
— Отвечу сначала на ваш последний вопрос. Нет, так быть не могло. Самый банальный признак — это температура, я провёл в ловушке достаточно много времени, но она не изменилась ни на градус — приятная прохлада... Лабиринт мучает жертву перепадами, причём всего — мгновения сытости сменяются ужасным голодом, жара холодом... Так оттеняются страдания. Стабильность же говорит о том, что ваш Саша подчинил Лабиринт, сам того не заметив.
— Не заметив?
— Или первое, или второе сразу — не дано третьего и переходы с уровня на уровень невозможны. Я могу только засвидетельствовать юноше своё почтение — на второй уровень проходят единицы...
— Что, чёрт возьми, за второй уровень?!
— Идеальный мир, Шейтхар. Место, в котором он хочет быть всей душой. Он вполне может измениться и сам... Возможно, он сейчас проживает иллюзорную жизнь известного актёра, или игрока в квиддич, может, героя древности... Там он красив, богат, успешен, благополучен; у него есть всё, чего он может пожелать. Найти его в мире, созданном им же самим, крайне трудно, вернуть же — практически невозможно, он сам не захочет возвращаться...
— У него тут род и семья!
— О, поверьте, если он этого захотел, то там у него тоже род и семья. Во много раз лучше и успешней... Поймите, он живёт в мечте. Там всё так, как он желает. Впрочем, даже если я и смогу его вытащить — а такие случаи бывали, не отчаивайтесь... Огромная вероятность длительной депрессии и также велика вероятность суицида. И с гарантией помочь ему я не смогу — ловушка, уничтожая ментальные щиты разума, сама становится таковым. Пока она активна, я ещё могу продираться в его разум, пусть и с большим трудом — а там, признаться, ещё и его татуировка мешает; стоит Александру прийти в себя, как его разум окажется наглухо закрыт от любого вторжения извне самым надёжным способом. Пожалуй, даже дементоры не смогут оказать на него сильного влияния, они смогут лишь сильно испортить ему настроение.