Разумность звереныша мало влияла на инстинкты, требовавшие уважения к его личному пространству. Искусанные руки и разодранное когтями лицо стало платой за попытку панибратства.
Три недели на базе Рикшай…
Мне хватило, чтобы начать ее ненавидеть.
— Лидер-капитан… — первым отметил мое появление тот же Слайдер. Поднялся, демонстрируя официоз.
За ним начали вставать и остальные. Не сказать, что дружно и слаженно, скорее уж, давая понять, что наши с тарсом игры их никоим образом не касались.
— Вольно! — коротко бросила я, разделяя мнение большинства. — Докладывай, — приказала капитану «Истори» Дику Лазору.
— А нечего докладывать, — скривился тот, подходя к тактическому столу. Поднял объемку. — Сектор закрыт. По два звена архов здесь и здесь, — он показал, где именно встретил домонов. — Ушли мы тихо, как ты и просила.
— Но буи сбросили, — добавила я, «поймав» короткую, но довольно говорящую паузу.
— Сбросили, — по-мальчишески улыбнулся Дик. — Прямого приказа не было…
— Доведете вы меня когда-нибудь… — на этот раз добродушно предупредила я. — Где поставил буи? — спросила уже серьезно.
На объемке засияло с десяток точек. В отличие от маячков, реагировавших на резкое и значительное изменение напряженности гравитационного поля, эти действовали более «осмысленно» и имели большую мобильңость, определяя свое местоположение относительно выставленных ориентиров и корректируя его при необходимости.
Срок службы небольшой — при самых благоприятных условиях дотягивали лишь до полугода, но когда других вариантов немного, отказываться даже от такой возможности знать, что затевает противник, не стоило.
— Плохо… — качнула я головой.
Что — плохо, объяснять не пришлось, все, кто присутствовал сейчас в зале, сами это понимали. Нам отрезАли пути эвакуации… Еще не так, чтобы совсем, но… вариантов безопасного провода конвоев становилось с каждым днем все меньше.
— Мы работаем по навигационкам скайлов, — небрежно заметил Ягомо. Надо сказать, уже не в первый раз.
— Мы работаем по навигационным картам, предоставленным нам скайлами, — повторила я то, что уже говорила. — Мы соблюдаем все договоренности, достигнутые Коалиционным Штабом с главами других секторов.
— А потом станет поздно… — флегматично протянул Дарил. И даже откинулся на спинку стула…
— Предлагаешь довести эту глубокую мысль до адмирала Соболева? — не без сарказма уточнила я. — Так и скажу… господин адмирал, по нашему заключению…
Все всё прекрасно понимали, но… Паскудства действительности, в которой мы существовали, это не отменяло.
— Принято, лидер-капитан! — подскочил Дарил, сообразив, что зашел слишком далеко. — Действуем в рамках договоренностей.
— И все-таки он прав, — чуть слышңо произнес стоявший рядом со мной Ягомо.
— А я разве спорю? — горько усмехнулась я.
Ситуация с каждым днем становилась все серьезнее, а там, наверху, пытались сохранить статус-кво, крепко держась за свои секреты.
— Это — все? — меняя тему, спросила я Дика.
Уходили они парой: «Истори» и «Иллюзор» Виктора Самерса. Дик — балагур и весельчак, Виктор — невысокий крепыш из тех, у кого все ладится, за что бы ни взялся. И экипаж у него собрался подстать: все деловитые, хозяйственные и запасливые.
А ещё — памятливые. Первое, что сделали, сбросив вещи в отведенный для них спальный блок — разысқали главный зал совещаний и установили при входе мемориальную досқу с именами тех, қто уже не вернется и надписью: «Не забудем!»
Коротко, но большего и не требовалось. Клятвы длинными не бывают.
— Нет, — мотнул головой Дик. Потом как-то жалобно посмотрел на Виктора, сидевшего с другой стороны стола.
Тот в ответ приподнял бровь и… развел руками…
— Испытываем мое терпение? — «ласково» протянула я.
— Если бы… — медленно выдохнув, как-то… слишком серьезно для такого шалопая, каким он был, произнес Дик. — Капитан, когда вышли из последнего прыжка, сканеры зацепили передачу на нашем внутреннем канале. Шел широкой полосой…
— Что?! — подалась я вперед.
Первая мысль о предательстве… Вторая…
— Прежде чем прекратился, успели взять четыре цикла, — продолжил Дик, старательно не глядя на меня. — Одно слово и координаты.
— И это слово? — догадываясь, что именно оно и смущало моего капитана больше всего, поинтересовалась я.