— Капитан, потеряли четвертую трескалу. Идем на двух…
Суки!
Я обещала себе не ругаться, но сдержаться и на этот раз не смогла.
— Принято. Юл…
— Извини, мам, но тут я не всесилен, — хрипло отозвался сын.
Я все понимала, но… Две трескалки вместо шести… Очень походило на самоубийство.
— Внимание! Залп…
На этот раз не просто дернуло — едва не вырвало из ложемента. Ремни удержали, но в груди что-то хрустнуло, на вдохе резануло болью…
— Капитан, телеметрия…
— Нахрен твою телеметрию! — хрипло нахамила я Стасу.
— Капитан, первый…
— Слай, мать твою!
— Бывает, капитан… — в его смехе послышалось что-то от безумия. — Тут со связью…
— Извини, капитан, но больше я не вытянул, — «повинился» Дальнир, когда он тарса «осталась» лишь тишина.
Безумие?!
Кто тут говорил о безумии…
— Капитан, серый шесть…
— Вижу, Дальнир, вижу…
Трое против десяти СиЭс… Еще четверых нам удалось «уложить».
— Захват, цель взял…
— Залп…
— Перехват невозможен…
— Уклонение…
«Дальнир» подпрыгнул, «рухнул», словно свалился в пропасть…
— Что у нас?!
Контрольная карта моргнула, зафиксировалась…
— Долбануло маршевые. Главный генератор… Нагрузка на вспомогательных…
Доклад Юла оптимизма не добавил. В тақом режиме мы отработаем минуты четыре, потом…
Про потом думать не стоило. До подхода эскадры Джориша оставалось в три раза больше…
— Капитан, у тебя одышка…
Голос Стаса не вырвал из расклада, наложился, добавляя ему ещё один штрих.
— Капитан, здесь — третий! Канир Лаэрье — наш. Жив, относительно здоров…
— Принято, Рэя, — чувствуя эту самую одышку, отозвалась я. Хотелось улыбнуться…
— Капитан, извини, но я, похоже, все… — взгляд Сашки был… мертвым.
— Демоны тебя задери! — рявкнула я, приподнимаясь в ложементе. — Я тебя, суку, под трибунал… Только попробуй сдохнуть…
— Вот это я понимаю… — не то восторженно, не то обескураженно протянул Антон.
А ведь молчал… Последние минут пять молчал, если на что и реагируя, так на команды…
— Принято… — Аронов не вскинулся, но в черноте глаз прояснилось… яростью! Непримиримостью! — Если сдохну — под трибунал…
— Твари! — рухнула я обратно в кресло. В груди опять резануло болью, в горле булькнуло… отдавшись во рту металлом…
— Капитан, «Тсерра» — красный…
— Разгонные на мощность, готовнось сброса маршевых…
Про «Тсерру» я не пропустила, но…
Сейчас каждый отрабатывал за себя!
— Принято, — голос Юла был усталым, — разгонные на мощность. Мам…
Мой корабль всегда был для него самым безопасным местом…
— Внимание. Угроза поражения… Левый борт…
— … отрабатываю перехват…
— Маневр уклонения…
— Не пора что-нибудь… сентиментальное… — Дарил на экране так и не появился, но мне было достаточно и интонаций.
— Хочешь передать Индарсу, что я его любила? — скривила я не желающие слушаться губы.
Нашел время…
Впрочем, при таком раскладе, как этот, другого могло и не оказаться.
— А ты его действительно любишь? — в голосе демона появилось что-то от любопытства.
— Пусть это будет тебе… — в горле вновь бульнуло, стерев звуки…
— Капитан?! — вкатился Дарил в зону визуализации.
— Здесь — капитан, — с трудом откашлявшись, просипела я. — Ты себя…
Удар выбил из ложемента, оставив за гранью все, что хотела, могла, должна была, но… так и не произнесла.
Все, на что хватило — простонать имя сына, когда на бликующим визоре командного на стикере технического отсека Дальнир выставил красный вымпел…
Все, на что хватило…
— Таши, демоны тебя…
Ощущение, что резануло по җивому, заставило открыть глаза.
Мягкая серость… Приглушенный свет…
Чья-то исполосованная рваными ранами физиономия…
Тарас…
— Что с Юлом?
Ангел наклонился ниже…
— Не мешай, — невозмутимо отодвинул его Стас. — У Юла — контузия, пара переломов и ушибы. Аварийная система сработала…
— Таши… — Тарас опять попытался залезть Стасу под руку, но его вновь отпихнули. На этот раз Антон.
— Кто на мостике? — я попробовала приподняться, но фиксаторы удержали, не позволив даже шевельнуться.
— Заткнулись все! — вместо ответа рыкнул Стас. Вогнал в плечо содержимое ещё одной тубы, обернулся… — Антон… — повернувшись, избежал он моего взгляда.