— Мы — точно нет, — заржал тот и… сделал глоток. Губы на миг покрылись белесым налетом, который тут же исчез, оставив влажный блеск. — А вот тебе не стоит, — остановил он Кабаргу, когда Александр решил последовать примеру. — У тебя дар. Рванет так, что потом можешь и не вернуться.
— А у тебя?! — едва ли не обиженно насупился Александр.
Провокация. Ничего более…
— И у меня — дар, но когда пил впервые, потом дней десять от всех шарахался, ловя и свое, и чужое.
— Тогда — нахрен! — согласился Кабарга. Сделал глоток шаре, наблюдая, как Олиш настороженно «тянет» носом клубящийся над кружкой пар. — Так зачем тебе к Таши?
— Это не мне, это ему нужно, — Сандерс кивнул на Торрека.
— Еще иңтереснее, — нахмурился Кабарга.
Четкости в приказе, который они получили, не было. Лишь обтекаемое: все, что сможете…
«Все, что сможете…» в этом варианте приняло причудливую форму. Место встречи, переданное через каналы связи группы «Ворош». И вот эта компания, оказавшаяся на борту исчезнувшего во время операции у Гимли четыре-два-нуль.
Пути Судьбы неисповедимы… Со жрецами одноименного Храма Самаринии Александр все чаще был готов согласиться.
— Ничего интересного, одни проблемы, — несмотря на некоторое воодушевление, в голосе Торрека было… нет, не сомнение — сожаление, что все получилось именно так. — Я признал лидер-капитана аллерой. Сандерс, один из высших офицеров Дерхаи. Его появление рядом с Натальей Орловой заставит задуматься и других.
— И сделает ситуацию еще сложнее, — резко бросил Сандерс. Показалось, что продолжая начатый уже давно спор. — За нее и так назначена награда, а теперь…
— Награда?! — передвинулся и Горевски.
— У вас говорят: кость в горле… — Сандерс сам потянулся за бутылкой. Одной… Второй… Гремучая смесь вновь поползла из кружки… — Все и так было…
— Это он о чем? — свел брови к переносице Горевски.
— Кто тут самый голодный, — сместив акцент, в кают-компанию вернулась Красотка. Была не одна, с вахтенным, который, как и она, тащил заставленный термоемкостями поднос.
Крышки большинства были открыты, аромат еды… настоящей еды смешался с запахом спиртного, будоража и без того «заведенные» шаре и коньяком желудки.
Сообразив, что пока не поедят, разговор продолжать не стоит, Горевски отошел, освобождая место у стола. Кабарга чуть задержался — организм, «забитый» мотаньем по Окраинам, вдруг очнулся, требуя усиленного питания, но когда Красотка сунула ему первому посудину в руки, тоже предпочел освободить место.
Пока ели — не молчали, но к главной теме встречи не возвращались. Обменивались репликами, приглядывались друг к другу, хвалили приготовленную хоть и на скорую руку, но такую домашнюю… уже едва ли не забытую пищу.
Гости, распробовав, тянулись за добавками…
Никто не забывал, кто они и откуда, но…
— Похоже, возвращаться ты не собираешься? — разбил Кабарга идиллию, как только большинство сыто расслабилось.
— У меня еще есть дела, — пересеклись взглядами лишь на мгновение, но Александру хватило, чтобы поймать смешанный с горечью кураж.
— Дела? — переспросил он, вставая. Подошел, навис над сидящим домоном. — Слушай, парень…
— Не трогай его… — Сандерс положил руку ему на плечо. — Там все серьезно.
— Не сомневаюсь, — передернувшись, избавился Кабарга от чужой ладони. Заметив, как слегка напрягся Горевски, дал знак не вмешиваться. — Я слушаю…
— Пацан ты… — резко поднявшийся Торрек заставил сдвинуться, освобождая место для маневра. — Без дочери я не вернусь…
— Твою…! — выдохнул за спиной Олиш.
— Неожиданно! — усмехнулась Красотка, сидевшая на подлокотнике кресла. — Отцовский инстинкт? — прозвучало без малейшего намека на шутку.
— Не понял… — протянул Горевски, наплевав на предупреждение. Подошел, встал рядом с Кабаргой. — Это она о чем? — спросил у Торрека.
— Об отцовском инстинкте, — вместо него ответил молчавший до этого момента Лой. — Проклятие домонов. Женщины равнодушны к собственным детям, пока те не способны начать обучение. Малышей до трех-четырех лет воспитывают отцы.
— Твою…! — повторил реплику Олиша Горевски. Потом посмотрел на демона, проведя параллель… Кэтрин еще не родила, а тот уже любил ее ребенка.
— С кем она сейчас? — Кабарга больше не ерничал.
— С родичем нового любовника Дерхаи, — бросил Сандерс, отходя к столу.