— Еще сорок два, — «влюбленно» посмотрел на меня Слайдер.
— Сколько? — приподнялась я в ложементе, тут же рухнув обратно. — Вот что, парни…
— Капитан, — перебил меня Сумароков, — фиксирую прокол… Уровень…
Пилот-ложемент щелкнул, встав в пазы боевого режима. Вспыхнул абрис командного, сметая иллюзию покоя, словно ликуя, заиграли зеленью отметки готовности по отсекам…
— Принято, — не вовремя вспомнила я об оставшемся с Джоришем Тимке. Тогда считала, что с эрари звереныш будет в безопасности, теперь…
— Пять и один. Растет.
— Может, кто из наших? — Слайдер склонился ңад плечом.
Полтора часа, как Ягомо увел половину группы в прыжок… Средняя дельта между выходами СиЭс, которую мы вычислили по имеющимся данным, составляла в четыре раза больше.
— Может и из наших, — не слишком-то и надеясь, кивнула я. — Запрос аркону Андришу.
— Принято, запрос аркону Андришу, — откликнулся все ещё сидевший за навигатора Кирьен.
— Пять и семь. Растет.
— За нами только корпус «Миджари», — вновь подал голос Слайдер.
Подразделения ударной армады самаринян перегруппировывались, «беря» на себя наиболее вероятные вектора продвижения домонов. Мы и группа «Север» каперанга Найденова отрабатывали в режиме разведки, точечно проверяя все остальные. Скайлы держали ближние подходы к планетам.
Последний уровень обороны.
— Семь и восемь. Растет…
— Капитан, по данным аркона Андриша в секторе ответственности их кораблей нет!
— И с залетным не получилось, — прокомментировал слова Кирьена Сумароков.
— А ты прямо так и рассчитывал! — съязвила я, вглядываясь в возмущения гравитационного поля.
Красиво, но это если не помнить, чем нам грозит подобная красота.
— Девять и четыре! Растет! — на этот раз голос Антона нейтрально уже не звучал.
Девять и четыре — скайловский щитоносец. Из тех, что выше, лишь два варианта, и один из них исключался категорически.
— Принято, — активировала я компенсаторы, соглашаясь с тем фактом, что мое чутье в очередной раз выставило нас на острие событий. — Передать в Штаб: фиксирую выход ардона. Готовлюсь принять бой.
Эвакуация должна быть проведена по-максимуму…
На блиҗайшие семь дней эти слова Шторма становились для нас единственным приказом!
Корсет был жестким, лишив движения привычной амплитуды, но спорить со Стасом даже мысли не возникло. Либо — либо, особого выбора медицина не предоставила, так что из двух вариантов я предпочла тот, в котором место лидер-капитана оставалось за мной.
— Идет с полной загрузкой…
— Вижу, — ответила Слайдеру, разглядывая картинку с дальних.
По базовым цифрам те же двенадцать и шесть, вся разница в остальных, что выставлялись дальше после запятой. Да и торможение выдавало, было натужным, упертым. Пространство «трещало», всполохами маркеров уровня гравитационного возмущения реагируя на сбрасываемое ускорение.
— Девять доргов…
— Помню, — вновь оборвала я тарса, оценивая «груз» корабля-матки. — И про двадцать архов — тоже.
— Капитан, — подражая Костасу, вывалился из-за внешек Кирьен, — приказ Штаба. Держать контроль. В бой не вступать.
— Вот тебе и завалили ардон… — недовольно выдал Сумароков, по моему знаку скидывая освещенность командного.
Усталость…
Десять часов на вахте и, как минимум, половина от этого в ближайшей перспективе…
— Или он нас… — закрыв глаза, сжала я ладонями виски. Растерла.
Держать контроль. В бой не вступать…
Полный сброс — тридцать минут, потом можно гоняться за ними по всем шести системам. Это — в лучшем случае, в том, другом…
Представлять, что творилось сейчас на орбитах Самри и Херош, нужды не было — только оттуда. Транспорты, корабли сопровождения, малый, каботажный флот… Достаточно одного прорвавшегося даже не дорга — арха, чтобы от видимости порядка остались лишь ошметки.
В Штабе об этом знали не хуже меня.
— Капитан, ардон ложится на курс.
— Принято, — медленно, хватаясь за доли секунд призрачного отдыха, открыла я глаза. Матка выходила на крейсерскую, четко определившись по вектору следующей прыжковой зоны. — Что по позиции «Миджари»?
— Без изменений, — отозвался Дальнир. — Время подхода — три сорок.
— Этот уйдет минут на пятьдесят раньше, — «порадовал» своими расчетами Слайдер. В мою сторону не посмотрел, но к кому относилась реплика, гадать не стоило.