— Перестрелять всех, — хмуро посмотрел на Соболева ардер Зарих, возглавлявший армаду демонов.
— И тех, кто не готов отступить, сдавая свои планеты? — поднял голову Джориш.
— Им говорили, что они — лучшие, — подал голос Фарлиш, аркон, командовавший ударной группировкой скайлов.
— Об этом и речь, — кивнул Джориш.
— А если по цифрам?
Сектор скайлов был самым…
Соболев поправил сам себя: каждый из секторов был самым, но в этом было все… слишком. Слишком важно. Слишком напряҗенно. Слишком неотвратимо.
— Не более пятидесяти процентов от эвакуационного списка, — во взгляде Джориша была все та же отстраненность.
По словам наблюдателей, если бы не он…
— Господа! — Пространственная сетка моргнула, «выставив» еще один скол. Рывком отброшенный назад капюшон плаща слетел, открывая бледное, очерченное тенями усталости лицо. — Прошу простить…
— Мы слушаем вас, господин лиската, — Соболев вернулся к объемке, встав между реально присутствовавшими в оперативном зале контр-адмиралом Кошелевым и капитаном первого ранга Расселом. Одним из тех самых, стратегических аналитиков, определявших ход будущих военных действий.
— Информация предварительная, — проходя к тактическому столу, бросил лиската. Остановился рядом с эрари Джоришем, — но за ее достоверность я могу ручаться.
— Вариант сухлеба?
— Нет! — категорично отрезал Риман, отвечая на реплику аркона Фарлиша. — Жесткие блоки на входе в ментальную матрицу и на переходах с уровня на уровень, но других искажений нет. Кодирование ячеистое, вписано в структуру носителя. Глубина проникновения — полная.
— И сколько вы работали? — невозмутимость скайла дала трещину.
— Двенадцать часов с одним и шестнадцать с другим, — в отличие от Фарлиша, у Римана с самообладанием было все в порядке.
— Это — невозможно! — скол скайла даже отступил, словно испугавшисть сделанного вывода.
— Я активировал альдоры, — поднял на него равнодушный взгляд Риман. — И — да, это — шестой уровень.
— Твою мать… — не то восторженно, не то предостерегающе выдохнул Кошелев.
Соболев был с ним согласен. И в том, и в другом. Два жреца со способностями, наличие которых лишь предполагалось…
Если это и было проблемой, то точно не их.
— Начните с главного, — попросил он, поставив точку в вопросе вершин мастерства лиската Храма Предназначения и его… венценосного брата. — Все нюансы — потом.
— Как скажете, господин адмирал, — в голосе Римана не было даже намека на позерство. — Данс Кьяр, капитан курьерского дорга. Оора Дерхаи, третий қруг.
«Не так близко, чтобы постоянно быть на глазах, но и не так далеко, чтобы тупо следовать приказам», — «перевел» его слова Соболев, адаптировав схему построения воинских подразделений домонов под более привычные категории.
Двенадцать ступеней или кругов, деливших по степени доверия и ответственности.
Сам Рок Торрек, благодаря которому они получили эту парочку, когда-то числился в первом.
— Ирвин Лой, — продолжил между тем лиската, — тарс, офицер связи с высоким допуском. Кодировки у обоих однонаправленные, настроенные на выход, что позволило «загрузить» их под завязку, используя дополнительные источники информации.
— Хотите сказать, что был еще кто-то…? — задумчиво уточнил все тот же аркон Фарлиш.
— На этой встрече данный вопрос не обсуждается, — Соболев предпочел взять ответ на себя.
Сколько их находилось на борту курьерского крейсера, ему было известно. Как и количество оставшихся после того, как «залетный» СиЭс покинул условно чистую зону.
Даже если Шторм поделился не всем, что имелось, того, что получили, для выводов вполне хватало. Как и для понимания, насколько им повезло. Нет, не сейчас — тогда, когда принималось решение о делегации в Изумрудную, когда адмирал Искандер заподозрил домонов в двойной игре, когда в то время ещё капитан Орлова предпочла сложные решения простым, когда…
— Как уже сказал адмирал, на этой встрече данный вопрос не обсуждается. Только план третьего этапа вторжения домонов.
— В полном объеме? — каперанг Рассел опередил всех остальных.
Соболев отметил это не без удовольствия. Офицеров в группы аналитиков отбирал он сам. Лично.
— Будь так, мы бы уже выиграли эту войну, — во вздохе Римана четко отпечаталось сожаление. — Речь идет о направлении главных ударов и целях, которые ставят перед собой домоны.