— Я смотрел данные по группе, — подал голос Джориш. Стоял у самой двери. — Высокий уровень подготовки.
— Пока не будет слетки, о готовности не может идти и речи, — отрезала я жестко.
— Твой прогноз?
На табло двойка сменила тройку. Со знаком минус…
— От семи до десяти дней. Пока не пройдут первые тренировочные задания, сказать конкретнее не получится.
— Постарайся ускориться.
— Это…
Вопрос не закончила я сама. Больше, чем Джориш сказал, вряд ли услышу, но для понимания достаточно. Долго отдыхать не придется.
Вроде и хорошо, но…
В группе только офицерский состав, все прошли Академии, большинство успело повоевать, но… Их было, кому ждать. От меня зависело, дождутся ли.
— Полңый контроль! — глухо бросил эрари, успев до того, как дверь лифта сложилась, выпуская нас в хоть и залитый светом, но похожий на мешок зал.
Еще перемещение и теперь я была зажата уже четверкой самаринян, из которых Кирьен выглядел самым щуплым.
Сейчас бы…
Это тоже была война. Только выглядела она еще более грязно и отвратительно чем та, что шла снаружи.
Помещение, в которое мы вошли, оказалось двухярусным. Галерея и окруженная мощным защитным полем площадка, на которую и спустился Джориш. Один…
— Не слишком ли серьезные меры предосторожности?
Валентир решил не демонстрировать свою сущность, обойдясь лишь легкой снисходительностью, мелькнувшей в голосе:
— Словно «слишком» неприемлемо, когда речь идет о мерах предосторожностей. Они либо соответствуют существующим основаниям, либо — не соответствуют.
— И что у нас на этот раз?
— Вы скоро сами ответите на свой вопрос, — эмари сдвинулся, добавляя свободы.
Всего лишь иллюзия, но ее вполне хватило, чтобы вплотную подойти к решетке ограждения. Легкое гудение, которое уловила не слухом — всем телом, избавило от желания прислониться. Ничего катастрофического, если не на полную мощность, но даже в таком, предупреждающем варианте, весьма неприятно.
Я ожидала, что вначале Джориш разберется с той троицей, что хоть и вызвала у Слайдера подозрения, но все-таки недостаточные для более решительных действий, но на площадку вывели одного из пятерки. Документы я видела — шел на третьего пилота в экипаж Джекаро. Не мальчишка — двадцать четыре, да и после выпуска полгода в пограңцах, но вот сейчас, вживую, не на голографическом снимке, его молодость буквально била по глазам.
— Имя?
Джориш не шевельнулся, продолжая стоять к нему спиной.
Беспечность? Вряд ли! Не тогда, когда речь шла о бывшем лиската Храма Судьбы.
— Лацлав Крослев…
Голос парня дрогнул, я — дернулась, но внутри, в последний момент удержав себя от движения.
— Возраст? Место рождения?
— Двадцать четыре. Земля… — Последнее слово парень протянул. Его плечи вздрогнули, он поежился, потом, вскинув голову, затравленно посмотрел в нашу сторону…
Командный сыграл злую шутку, дав увидеть не страх в его глазах — обреченность, в которой понимание, что ничего уже не изменить, перемешалось с обидой… Нет, не на кого-то конкретно, на весь этот несправедливый к нему мир…
— Юл…
Имя сына сорвалось с губ одновременно с болезненным стоном. Они не были похожи… Или…
На первый взгляд ничего, что напомнило бы Юлиана, но это если вглядываться. А если вот так, скользнуть случайным взглядом, увидеть, как отшатнулся, когда Джориш резко, нетерпеливо развернулся, встав к нему лицом. Как затравленно отступил, принимая неизбежность происходящего. Слишком юный, слишком хрупкий для свалившихся на него испытаний. Слишком…
— Имя?!
Джориш не сделал ни шага, он даже не повысил голоса, лишь чуть тверже повторил уже заданный вопрос, но мне показалось, что все вокруг сначало замерло, а затем начало рассыпаться на так и не произнесенные звуки, раскладываться на цвета, выворачивая свое нутро…
Кровь в жилах не застыла, но стала холодной, безжизненной, потянув за собой в бездну, звучавшую его обертонами…
— Лацлас Крослев… — парень заплакал, упал на колени… закрыв лицо руками, согнулся. — Я — Лацлав Крослев… — донеслось глухо сквозь рыдания.
— Имя?!
И опять — ни малейшего движения, лишь дышать стало тяжело… невозможно…
— Лацлав… — теперь парень уже выл. Раскачивался, вскидывался, почти опрокидываясь назад и, вновь склонялся к полу, едва не ударясь головой о его покрытие…