Я не стану утомлять читателя долгим описанием поисков дома, в котором жил Валера, скажу только, что найти его было не так-то просто, ибо он, оказывается, находился на отшибе упиравшегося в горку квартала, а проезд по массиву "Северо-Восток" был затруднен из-за преград, которые нагородили на дорогах местные жители, чтобы уменьшить поток раскатывающих под их окнами машин. Из чего только не сооружались заграждения. Поперек дорог лежали или были закопаны в землю железобетонные столбы, столбики, бочки, рельсы, кислородные баллоны, кое-где топорщились "ежи", а в одном месте из асфальта торчала мраморная плита, подозрительно похожая на надгробие. Наконец скучавший в припаркованной машине водитель, объяснил Саньку, что лучше всего подъехать к разыскиваемому нами дому со стороны примыкавших к кварталу частных домов. Мы обогнули квартал и въехали в частный сектор, едва не столкнувшись с выезжавшей из него большой черной машиной с затемненными стеклами. Чума чертыхнулся и вовремя вывернул руль вправо.
Неширокая дорога ныряла вниз, пролегала между двумя рядами домов, поднималась на бугорок и резко обрывалась, словно взлетная полоса на авианосце. Дальше находились низкие железные ворота, перегораживающие проезд, а за ними стоял нужный нам девятый дом и еще парочка ненужных нам четырехэтажек.
Чума остановил такси на пригорке, вытащил из замка зажигания ключ и объявил:
— К Валере я один поднимусь. Думаю, мы вдвоем быстрее найдем общий язык.
Вид у Чумы был воинственный, взгляд орлиных глаз жестким, было ясно, что он толстяку спуску не даст.
— Но послушай-ка, Чума, — я покривил в усмешке губы. — А не рассчитываешь ли ты, взять у Валеры деньги, а потом смыться с ними?
Взгляд Санька стал надменным.
— Запомни, Игорь, — сказал парень заносчиво, — Чума вор, а не крыса. Я никогда ничего в своей жизни у своих не крал. Так что, голубки, можете за свою долю не беспокоиться. — С этими словами он вылез из машины, захлопнул дверцу и, поигрывая ключами, направился к дому.
— С каких пор ты стал меркантильным? — проводив взглядом Санька, поинтересовалась девушка. — Тебя же, вроде, деньги не интересовали. Ты с самого начала был против этого дела.
Я посмотрел на Настю в зеркало заднего вида и ответил:
— Я был против налета, но не денег. Они меня всегда интересовали. Но раз уж все позади, мы выполнили работу, почему я должен отказываться от своей доли?
— Не должен, конечно, — улыбнулась девушка. — Это я просто так ляпнула, извини. — Она помолчала немного, потом вновь заговорила: — Болит нога? Вид у тебя неважнецкий.
Нога действительно болела, причем сильно. Я чувствовал, что у меня даже поднялась температура, и откровенно признался:
— Болит, Настя. Голова кружится и немного тошнит.
Настя нахмурила свои густые русые брови и укоризненно покачала головой — Ну вот, я же говорила, что нужно обязательно промыть и перебинтовать раны, иначе инфекцию можно занести. Как только освободимся, сразу же поедем к тебе домой и займемся твоим лечением. И без возражений!
Я и не думал возражать. Пусть ухаживает, если хочет. Мне даже приятно будет, если такие нежные девичьи пальчики будут прикасаться к моей коже. Я обернулся и серьезно сказал:
— Конечно поедем. Попросим Санька подбросить нас до дому и поедем. Кроме тебя мне оказать медицинскую помощь некому. — Я подождал, когда мимо машины пройдет женщина с базарной сумкой, и спросил: — Страшно было там?
Настя сразу же поняла о чем идет речь.
— Очень, — призналась она с несчастным видом. — Пока я сидела в такси у дома Бугрова, мне чудилось, что все прохожие и проезжавшие в машинах люди, догадываются, зачем я здесь торчу. А когда заехала в ложбинку, стало еще хуже. Я не видела дома, не знала что возле него происходит и не понимала почему вы так долго не даете о себе знать. В конце концов, я уже решила, что вы попались, хотела бросить машину и сбежать, но тут ты и позвонил.
От неприятных воспоминаний девушка поежилась. Я просунул между передними сиденьями руки, взял ладонь Насти и погладил.
— Ничего, девочка, — произнес я ласково, стараясь подбодрить Настю. — Все уже в прошлом. Постарайся о том, что сегодня с нами произошло, забыть. Впереди тебя ждет долгая и счастливая жизнь.
В ответ Настя легонько пожала мою руку и, прикрыв глаза, сказала:
— Я бы очень хотела на это надеется.
Появился Чума. Я отнял свою руку и повернулся в кресле. Санек двигался скорым шагом, по выражению его лица можно было догадаться, что случилось нечто из ряда вон выходящее. Парень с озабоченным видом влез в машину и объявил: