Из года в год Жан бывал неизменным участником всех еврейских траурных поминовений на месте массовых казней в Румбульском лесу, принимал активное участие в различных других еврейских общественных мероприятиях Риги и Латвии.
Составлено по воспоминаниям участников и свидетелей событий:
Аренсбурга Григория
Бриедиса Яниса
Вагенгейма Льва
Вагенгейма Якова
Дагаровой Андриены
Дризина Исаака
Дризина Залмана
Дризина Михаила
Крама Лео (Исаака)
Либхена Абрама
Липке Жаниса и Иоганны
Ноима Гарри
Островского Семена
Путрини Вильгельмины
Раге Михаила
Смолянского Хаима
Цесвана Бориса
Фриша Виллиса
Фриш-Абеле Эмилии
Ютера Роберта
Янковского Карла
На митинге памяти погибших в Румбуле. Слева направо: Давид Зильберман, Жан Липке, Борис Шперлинг, Иосиф Шнайдер.
Иоганна и Жан Липке перед их домом. Рига. 70-е гг.
После выхода на пенсию по болезни в 1955 году (из-за инфаркта) Жан с Иоганной в одиночестве доживали свою старость в Риге, в том самом ветхом домике, где произошло в прошлом немало драматических событий.
С большими усилиями друзья сумели добиться для Жана в 60-х годах от советских властей звания персонального пенсионера Латвии. (Особенно следует отметить настойчивое участие в этом Жан и Иоганна Липке в гостях у семьи деле Буби — Шмуэля Зильберман Цейтлина, самоотверженного активиста латвийского еврейства, столь много сделавшего для увековечения памяти погибших евреев.)
Жан и Иоганна Липке в гостях у семьи Зильберман
Жан и Иоганна Липке дома. Телефонный звонок из Израиля. 70-е гг.
В латвийской периодической печати в советский период неоднократно появлялись статьи и очерки о подвиге Жаниса Липке во время нацистской оккупации Риги. Однако в них умалчивалось все, что было связано со спасением евреев, — на этой теме лежало табу. Именно поэтому в них были смещены акценты — выделялась активная деятельность Жаниса Липке в подпольном движении Латвии и лишь вскользь упоминалось о спасении им «людей из гетто», без упоминания национальности спасенных.
Мизерная персональная пенсия не могла принести семье Липке материального достатка. Но большинство людей, спасенных Жаном в период гитлеровского террора, живущих в Риге или уехавших в Израиль и другие страны, никогда не забывали семью Липке и поддерживали ее, как могли.
Большинство материалов о подвиге семьи Липке в 60-х годах было передано в израильский музей Катастрофы и Героизма — Яд-Вашем в Иерусалиме.
Иерусалим, музей Яд-Вашем.
Дерево Жаниса и Иоганны Липке в Алее Праведников.
В 1977 году советские власти после долгих и настойчивых ходатайств разрешили, наконец, сначала Жану, а потом и Иоганне навестить их сына (после 33 лет разлуки!), который после войны оказался в Австралии.
Жан Липке с медалью праведника. Иерусалим, 1977 г.
На обратном пути домой Жан Липке гостил в Израиле, где ему оказали восторженный прием. Он был почетным гостем в Яд-Вашем, где собственноручно посадил в аллее Праведников в Иерусалиме дерево имени его и Иоганны. Имя Жаниса Липке занесено в Золотую Книгу еврейского народа. Он был принят во многих израильских организациях, государственных учреждениях и обществах, встречался с теми, кого спас от рук нацистов, и с сотнями других людей, которым дорога память о подвиге Жана во время войны и которые пожелали видеть этого удивительного человека-гуманиста.
Старший сын Жана Липке, Альфред, по примеру отца помогал евреям, скрывающимся от смертельной опасности. Он рыл убежища, заботился о нуждах беглецов, часто стоял на страже в случае опасности.
В начале 1944 года Альфред был насильно мобилизован в немецкую армию. До этого ему как-то удавалось отсрочить мобилизацию. Одно время он служил у немцев матросом на лоцманском судне в рижском порту и получил освобождение от армии. Однако по истечении срока брони немцы стали настойчиво вербовать «добровольцев» в вермахт.