— Значит, дело Норман повторяется? Не бойтесь, я не ясновидящая! Это мне в вашем штабе намекнули.
— Вероятно, так и есть. Способ убийства, по-видимому, тот же, остается выяснить, тот же убийца или нет. Пойдемте, тело еще не трогали.
— А там так же… гм… вы понимаете… запахи, мухи, жара?
— Даже хуже.
— Что ж, пойдемте, только долго я точно не выдержу…
Перед дверью прокурорша, сильно побледнев, немного помедлила, пытаясь привыкнуть к запаху. Мистраль оставил пиджак в машине.
«Дома надо будет опять сложить одежду в сумку», — подумал он.
Криминалисты поодиночке выходили из квартиры, истекая потом: даже им становилось дурно.
— Там надо разобраться с одной штукой, — обратился к Мистралю один из них. — В квартире есть кондиционер. Он работает, я проверял, но он был выключен.
— А от жары тело разлагается быстрей. Понимаю.
— Да, ужас просто! Окно было чуть приоткрыто — как раз чтобы мухи могли залететь, а из-за мух и тело осматривать труднее. Тот тип мыслил довольно последовательно. Жара и мухи — для осмотра катастрофа.
— Да уж, он все продумал до мелочей!
Мистраль услышал, как по лестнице тяжело поднимается судмедэксперт. Ступив на последнюю ступеньку, он дышал так, словно в одиночку поднялся на Эверест.
— Так что — точная копия или есть варианты? — благодушно осведомился он, пожимая руки всем присутствующим.
— Точно то же самое, без вариантов, — ответил Мистраль.
— Что-то будет! Тот еще шиз вам попался. Ладно, показывайте тело. Можно входить и все трогать или еще не все анализы взяли?
— Можете работать, там как раз только что закончили. Осталось только побрызгать «Блю стар».
Молодая прокурорша делала записи. Они с Мистралем отошли в сторонку поговорить.
— Вы подтверждаете связь с тем делом?
— Да, это тот же самый убийца. Хуже, что, как мы раскопали, серия из трех точно таких же убийств была в департаменте Уаза. А главное, то дело раскрыто и убийца сидит.
— И как вы это объясните?
Сведения Мистраля показались прокурорше очень интересными. Наконец-то загадочное дело, а не скучное бытовое убийство и не бандитская разборка!
— Понятия не имею.
— Вы только держите меня в курсе! Правда-правда! Можете звонить в любое время дня и ночи, это же незаурядный случай!
Девушка дала Мистралю визитную карточку со множеством телефонных номеров.
— Ночью, пожалуй, не стоит, — улыбнулся Мистраль. — Обычно любая информация подождать может до утра. Если, конечно, это не арест преступника, но до этого еще не близко.
Через двадцать минут судмедэксперт, окруженный полицейскими, закурил у подъезда особняка огромную сигару. Тут же стояла и прокурорша — на сей раз она выдержала, потому что поминутно прикладывала к лицу надушенный платочек.
Доктор подтвердил первые наблюдения полицейских:
— Вопросов нет, ребята, вы встретили того же самого деятеля. Только на сей раз он, должно быть, прикончил женщину быстро, потому что у нее на руках нет шрамов, появившихся в результате сопротивления. Как будто раз-два — и готово.
— И что вы думаете? — спросил Кальдрон.
— Не знаю. Это вы мне расскажете, когда возьмете этого типа… если только возьмете, конечно.
— А почему кондиционер выключен?
— Если это сделал убийца, то он знал, что труп на жаре быстрей разлагается, вот все, что могу сказать. А вообще-то предплечья, кисти рук и запястья так вздулись, что я едва разглядел, как были связаны руки. Веревка опять капроновая. Кондиционер он выключил, должно быть, для того, чтобы труднее было установить время смерти. На глазок, а точней — на ноздрю, я бы сказал, что она убита двое-трое суток назад, а вот в котором часу — не спрашивайте.
Довольный собственной остротой, доктор удалился с сигарой в руке, громко смеясь и кашляя.
Пожарные заканчивали собирать свои инструменты. Туристы смотрели на них, на всякий случай фотографировали цифровыми камерами и мобильными телефонами.
Офицер обратился к Мистралю:
— Так мы подъедем к концу дня дать показания. И само собой, диск с записью вызова я не забуду.
Мистраль кивнул и поблагодарил капитана.
Фургон похоронной команды остановился посреди улицы Изящных Искусств, заблокировав движение. Похоронщики выскочили из машины: один нес большой черный пластиковый мешок, в который кладут труп. Полицейский у входа показал четыре пальца: тело на четвертом этаже. Старший закурил, узнал Фариа с Сент-Роз и подошел к ним, утирая покрытое потом лицо и приглаживая усы.