— Вы готовы на это пойти? — казалось, решительность Карла наконец-то поколебалась, — а как же безопасность… — он осекся и впервые посмотрел на Кеннета с нескрываемой злостью.
— Единственное, чем я могу вам помочь — прочитать лекции по работе Света и Тьмы, это вам не помешает. — В голосе Кеннета звучала холодная насмешка. — Больше вы ничего от меня не получите, включая Ану.
Глава 45. Компромисс, скрывающий обман
— Вы так говорите, словно Ана ваша собственность. — У Карла заходили желваки.
— А вы настаиваете, что Ана — Проклятая, — парировал Кеннет.
Воздух в комнате все больше пропитывался напряжением. Кеннет провоцировал Карла, и он наивно поддавался. Ана заерзала, подавляя разрастающуюся нервозность.
— Граф, можно мне с мистером Карлом поговорить наедине? — она робко спросила.
— Нельзя. Пообщалась уже вчера так, что он пришел по твою голову, — отрезал Кеннет, — а вам, Инквизитор, я предлагаю пройти на выход. Я закончил.
Карл не сдвинулся с места, но и не ответил. Его руки были сжаты в кулаки, а взгляд направлен под ноги. Ана тревожно задергалась, опасаясь, что он выйдет из себя. Она поспешно перебирала в голове варианты, как можно убедить Кеннета дать им с Карлом время. Идея, на которой она остановилась, очень ей не нравилась, и ой как она не понравится Кеннету, но больше ничего толкового придумать не удалось.
Ана прерывисто выдохнула и придвинулась к Кеннету, потянулась и незаметно кончиками пальцев дотронулась до тыльной стороны его руки. Телесный контакт был нужен на случай, если Карл наполнил комнату Светом. Коснувшись, Ана сразу же проникла Тьмой в ту часть сознания, которую граф оставлял незащищенной во время ее тренировок, обычно в ней копошились мелкие бытовые мысли, сменяющиеся безостановочным калейдоскопом. Так было и сейчас, его мысли жужжали, словно трудолюбивые пчелки, стремящиеся поведать, что кофе недостаточно крепкий, Карл раздражает, жарко и хочется спать, но дел по горло. Ана усилием воли отвлеклась и послала свою просьбу: «Граф, уйдите, пожалуйста! Я знаю, чего хочет Карл и как заставить его отказаться от моего ареста. Но вы мешаетесь!». На Ану тут же начали нападать новые пчелки, жалящие своими возмущенными: «Ах, мешаюсь, значит!» и «Наглость — второе счастье!». Она также незаметно убрала руку и покинула его мысли, не решившись удерживать контакт дольше, чтобы не быть замеченной. Ана в напряжении ждала, что скажет Кеннет, тишина затягивалась. После раздумий граф недовольно произнес:
— Ладно, Ана, у тебя есть пять минут, после этого я его вышвырну отсюда.
Ана с благодарностью кивнула. Кеннет отхлебнул остывший кофе, поднялся и вышел. Карл тем временем продолжал сверлить взглядом свои ботинки и посмотрел на Ану только тогда, когда дверь захлопнулась. Его выражение лица сменилось с напряженно-рассерженного на усталое и печальное.
— Мистер Карл, ну зачем вы пришли, если собираетесь так легко поддаваться на подначивания графа? — Ана сочувственно улыбнулась.
— О чем вы хотели поговорить?
— Вы сказали, что хотели бы стать моим другом, тогда позвольте отбросить формальности, — Ана продолжила, она чуть наклонилась навстречу и постаралась поймать его взгляд, установить контакт, — Карл, у тебя сейчас нет ни полномочий, ни ресурсов, чтобы противостоять графу. А твоя вендетта не свершится, если ты будешь по поводу и без доводить графа до белого каления.
— Хорошо, Ана. Еще раз: я пришел сюда из-за подозрений, что ты — владелица Тьмы. На этом все, — Инквизитор слабо пожал плечами.
— Неправда. Ты пришел, потому что боишься, что со мной произойдет то же, что случилось с твоей семьей, если я останусь в этом доме, — успокаивающим тоном ответила она.
Карл обмяк на диване, привалившись к спинке, словно нуждался в опоре.
— Я не знаю, что делать и думать. Мне нельзя тебе верить, даже если очень хочется, и я увидел, что он не отдаст тебя. Любой вариант, когда ты остаешься с ним мне кажется катастрофой, — он закрыл глаза.
— Пойми, Карл, мое нахождение здесь, не так ужасно, как ты себе это представляешь: я ведь тоже не хочу идти с тобой. Благодаря графу я получила новые возможности, новую жизнь. Меня ждут мои мечты, цели и свершения, а ты угрожаешь все это загубить. Я так молода! Ты говоришь, что мой арест — всего лишь твоя работа, но для меня это конец. Это слишком жестоко даже для знакомого, а мы можно сказать друзья! Но это не значит, что ты не можешь выполнить свою работу, есть шанс, что ты приобретешь даже больше.