В Гарри непременно бы попало заклинание, посланное Роном, если бы Гермиона не выставила между ними щит.
Рыжий перевел хмурый взгляд на девочку.
-Ты что решила?
-В с-смысле?
-Ну, ты пойдешь со мной, или останешься с этим… Этими…
-Нет, я останусь, - дрожащим голосом произнесла Гермиона – я обещала помочь Гарри с крестражами, и я…
-Ясно, ты выбираешь его, - выплюнул Рон, проходя мимо стоящей Алики.
-Рон, подожди! Нет, Рон! Рон, стой! Рон…
Пока Гермиона снимала свой же щит, Рон успел выйти из палатки в темноту. Девочка выбежала следом, выкрикивая его имя, но через минуты три вернулась в палатку с мокрыми, прилипшими ко лбу волосами.
-Он… ушел… Трансгрессировал… - бесцветным голосом сообщила она, и, сев на старое кресло, уткнулась лицом в колени.
Алика резко сорвалась с места и выскочила под дождь.
В груди нещадно саднило, в крови клокотала горечь, возмущение и детская обида. Холодные капли падали ей на лицо, на волосы, заливались за шиворот, и через минуту ее одежда была уже насквозь мокрая. Алика не замечала этого. На нее как будто сверху свалился валун, пригибая ее к земле, как будто ее настигала лавина снега, и она тщетно пыталась от нее убежать. Она шла, не разбирая дороги, спотыкаясь, пока не вышла к реке. По воде разбегались многочисленные круги, ливень все усиливался.
Засмотревшись на поверхность реки, Алика сама не заметила, как поскользнулась на осенней траве и упала, перекатившись на спину. Дождь нещадно хлестал ее по лицу, мокрые волосы разметались по грязной земле, а ей хотелось просто врасти в почву. Врасти и впасть в анабиоз, как многие животные. До более благоприятных условий.
Но врасти в землю ей бы никто не дал, и поэтому она просто лежала и смотрела в небо, которое еще совсем недавно было ясным, а теперь заволокло тучами. Было ощущение, что кто-то сверху на нее привалил огромную бетонную плиту, что та мертвым грузом лежит у нее на грудной клетке и не дает вздохнуть. Слова Рона задели за живое. А самое мерзкое, что он был отчасти прав.
Она – бомба замедленного действия, по большей части из-за того, что сама не знает, чего от себя ожидать. Она может взорваться в любой момент и уничтожить себя и все вокруг себя. Она всю жизнь была сильной, там, в далекой России – мир не приемлет слабых. Слабых он перемалывает, стирает в пыль, и чтобы ему противостоять, нужна сила. И она противостояла ему. Каждый день она просыпалась и продолжала цепляться за спасительную сушу, выгрызать себе место среди сильных мира сего, и у нее это получалось. Только вот она не учла одного – волшебный мир перевернул не только ее внешнюю жизнь. Он перевернул все глубоко внутри нее самой. Собрал в кучу, скомкал и перемешал так, что теперь приходится заново разбираться, где у тебя что лежит, и где какие сюрпризы припасены. А самое главное – стоило признать одну очевидную вещь: она вовсе не сильная. Всю жизнь она притворялась сильной, но это не так.
Она действительно скисала. Снова превращалась в бесхребетную амебу и забывала, кто Северус Снейп на самом деле. Она в своей голове на подсознательном уровне пыталась придумать ему хоть какое-то оправдание, хоть таковых априори не могло быть.
«Если буду совсем тряпка – вытрите мною пыль с вашей лестницы» - вспомнились слова незабвенного Маяковского.
Ей было противно от самой себя. Настолько противно, что возникало желание отмыться от самой себя, от того, во что она медленно, но верно превращалась. Как же легко было в ее прошлом! Четкое разграничение: свой - чужой. Своих защищаем и любим, чужим прописываем волшебные вздрючки и устраиваем ад на земле. И, хоть и все было до невозможности запутано – документы, звания, секреты в квадрате, кубе и так далее – все же там было очень просто: свой – чужой.
А здесь… Здесь ты не можешь понять не только где свои, где чужие, и чья вообще сторона для тебя «своя», а чья – «чужая», здесь ты даже не можешь гарантировать, что собственное подсознание работает на тебя. Бред! Абсолютный и беспросветный - б р е д.
Скажи ей год назад, что она будет примерно в таком положении – расхохоталась бы в лицо. А теперь смеяться остается только разве что над собой. Как она вообще могла допустить мысль о том, чтобы оправдывать Снейпа, только из-за того, что он назначил подобное наказание Джинни? Театр абсурда! Если бы хоть что-то, действительно серьезное было, но она буквально из ничего выдувает человеку гору отмазок! И почему она только не работает адвокатом?
«…Стоит Снейпу пальцем шевельнуть, она обратно к нему на брюхе приползет…»