Зайдя в наш с Леви шатер, я принялась за работу с отчетами. Помимо своих, заполняла еще и отчеты Леви, чтобы он не погряз в бумагах по возвращению. Неделю назад его отряд отправился в столицу, на аудиенцию к королеве, чтобы доложить обстановку на берегу и рассказать о ходе строительства железной дороги.
Мы редко расставались с Леви, и поэтому даже неделя разлуки заставляла впадать в глубокую тоску. Это очень плохо. Стала словно зависима от мужчины. Был необходим как кислород. Вспомнив, часто недовольное лицо мужа, невольно улыбнулась. Как же сильно я его люблю. С каждым разом все сильнее и сильнее, хотя казалось бы, куда уж больше. Я очень часто фантазировала на тему будущего. Когда закончится война, хотелось бы остановиться в каком-нибудь небольшом городке и начать строить семью, в которой будут дети, минимум двое; собака с кошкой, и конечно же, помочь открыть Леви чайную лавку. Как он и мечтал. Только вот становилось горько от того, что эти мечты так и оставались мечтами. Было неизвестно, что ожидает меня в будущем. А еще я дико боялась за Аккермана. Леви станет инвалидом… Зная самого мужчину, это будет для него мощнейшим ударом. Возможно, он даже закроется ото всех, а в первую очередь — от меня. Начнёт задвигать речи о том, что такой немощный муж мне не нужен и я еще молода и красива, чтобы возиться с ним. Будет просить найти себе кого-нибудь и строить полноценную семью. Идиот. А ведь так же оно и будет. Захотелось уже дать ему смачную затрещину. Пусть еще ничего не случилось, но именно такая картина происходящего рисовалась в моей голове.
Полностью погрузившись в работу, не заметила сколько прошло времени и что в шатер кто-то зашел. Не замечала до тех пор, пока этот кто-то, не приобнял меня сзади за талию и не зарылся в мои волосы, утыкаясь носом в шею.
— Вернулись, — выдохнула я, чувствуя, как сердце стало ускорять свой темп.
Резко развернувшись и чуть не упав со стула, схватила мужчину за ворот рубашки и остервенело прижалась к обветренным тонким губам. Леви жадно ответил на поцелуй, моментально проталкивая свой язык в мой рот. Сминая и покусывая мои губы, Леви нежно гладил шершавой ладонью мою щеку, периодически зарываясь пальцами в кудрявые волосы.
— Всю неделю мечтал это сделать, — выдохнул он мне в губы, прижимаясь своим лбом о мой.
Вновь нежно припав к моим губам своими, мужчина отстранился, обращая внимание на внушительные стопки отчетов.
— Не хило очкастая тебя работой завалила.
— Ну, вообще не очень. Часть стопок — твои.
Леви приподнял бровь, в удивлении.
— Ты работала и за меня? Отдыхала хоть вообще?
— Времени свободного у меня было полно. Не хочу потом наблюдать за твоей спиной и днем, и ночью, сидящей за столом. Мне не сложно.
— И вот за какие такие заслуги ты мне такая досталась? — томно спросил мужчина, целуя меня в губы, выражая свою благодарность. — Я бы взял тебя прям на этом долбанном столе. Но, к сожалению…
— …нас ждёт Ханджи, — продолжила я, разочарованно вздыхая.
***
С застывшими от удивления лицами, разведчики смотрели по сторонам, поражаясь, насколько Марли действительно опережало их в развитии. Людей повсюду было огромное количество и каждый занимался своим делом. Походило на бешеный муравейник. Я словно вновь оказалась в своем мире, в каком-то мегаполисе, но на век назад. Посмотрев на Аккермана, увидела его широко распахнутые глаза и приоткрытый в удивлении рот. А его, между прочим, действительно сложно удивить. Молчу уже про остальных. Более спокойные лица были только у меня с Хиро, так как мы ничего необычного для себя не увидели. Ну и, разумеется, у Эрена, который все это наблюдал в воспоминаниях своего отца.
Из ступора всех вывел подошедший к нам Оньянкопон.
— Дамы и господа. Добро пожаловать на Марлийские земли. Вас ожидают в поместье Адзумабито. Я вас до него провожу. — Бодро сказал мужчина, снимая с головы шляпу.
— Оньянкопон, — Ханджи махнула рукой в приветствии и рассмеялась.
— Вижу, вы благополучно добрались. Как впечатления от крупнейшего портового города?
Раздался звук работающего мотора и, оглянувшись, я увидела машину. Да, на такой бы я с удовольствием прокатилась. Раритетный аппарат. Хиро в удивлении присвистнул.
— Глядите! Это лошадь что-ли? Или не лошадь? — Конни указал пальцем на машину, застывая с ошеломленным выражением лица.
— Какая лошадь, балда! Это же на корову похоже. Огромная странная корова, — осадила его Саша, не отрывая взгляда от причудливой тарахтящей штуки.
— Это же машина, — с благоговением отозвалась Ханджи. Это выражение лица я обычно наблюдала, когда ученая проводила опыты над титанами. — Нам про неё рассказывали… Э-э-э-й!!!
— Ну нахер, — Хиро отошел от нас в сторону и следом за ним направился Жан, который покраснел от стыда за своих товарищей. Ханджи, Саша и Конни уже бежали следом за диковинной машиной.
— Сделаем вид, что мы не с ними, — пробурчал недовольно Кирштейн.
Я едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться в голос от всей этой ситуации. Леви недовольно посмотрел на меня, одним только взглядом показывая, чтобы я не смела этого делать.
— Их надо остановить, — раздраженно процедил он, — а то попытаются накормить эту груду железа.
— Вы преувеличиваете, — нервно рассмеялся Оньянкопон, стоящий рядом.
— Ни капли, — отозвалась я и многозначительно посмотрела на Ханджи, которая уже бежала к прилавку с овощами.
— А, ой. Они покупают морковь… — Оньянкопон был, мягко говоря, в шоке.
Не сдержавшись, я все-таки рассмеялась, прикрывая ладонью рот, в попытках заглушить свой ржач. Выражение лица марлийца было неописуемым. Не привык он еще к такой непосредственности островных дьяволов. Мы были словно малые дети. И даже тем самым привлекая к себе внимания, никто и подумать бы не смел, что мы — те самые демоны с острова Парадиз.
— Эй, пошли чекнимся. — Подошел к нам Хиро, указывая на мужчину, стоящего возле фотоаппарата.
— А почему бы и нет. Жаль тут нет какого нибудь Элдиграмма или ВПарадизе, я бы с удовольствием выложила фото.
— Снова чушь свою несете, — устало выдохнул Леви.
— А это и тебя, кэп, касается. Тоже с нами пошли. — Заявил Хиро, хватая меня за кисть рук и таща к фотографу. — Хоть фото со своей женой сделаешь. А то, если в вашей комнате будет фото нас с ней вдвоем, будет как минимум странно.
Я умоляющим взглядом посмотрела на Леви, тоже хватая его за руку. Аккерман настолько сильно закатил глаза от раздражения, что было видно только белки глаз. Но все-таки он пошел следом за нами.
Вскоре, у меня в руках было три фотографии. На одной стояли я и Хиро, с довольными лицами и широкими улыбками. Файнс исподтишка поставил мне рожки. На втором фото мы были втроем: счастливая я, с горящими глазами, улыбающийся Хиро, стоящий с краю и ставящий рожки, стоящему посередине Леви, который смотрел со снимка выражением лица врача психиатра, которого в край задолбали его пациенты, стоящие по бокам. Ну а на третьем фото мы были с Леви вдвоем. Мы держались за руку и я, немного нагнувшись, прижималась своей щекой к его. Хотя бы на этом фото, уголки губ капитана, едва заметно были приподняты, а взгляд был более умиротворенный. Было настолько непривычно иметь фото с Леви, что я не могла выпустить его из рук, и постоянно рассматривала каждый миллиметр, пока Аккерман, раздраженно цыкнув, не забрал фотографии с моих рук и не положил себе их во внутренний карман пиджака.
Вернувшись к остальным, мы наблюдали как ребята с жадностью поглощали мороженое. Хиро моментально направился взять и нам тоже. Было любопытно, какое оно на вкус в этом мире. Уверена, что божественное. Без всяких примесей. Натуральное.
Только Файнс подошел к нам и протянул мне рожок, я услышала голос за спиной Леви.
— Эй, мальчонка. Не хочешь сладкий, вкусный леденец?
Повернув голову, увидела странно выряженного клоуна, который продолжал томно говорить на ухо застывшего Аккермана.