Королевским швеям также предстояло много работы, так как под каждую песню планировались разные костюмы. Хотели же, чтобы я внесла что-то новое? Пожалуйста. На концертах в моем мире, вокалисты отдавались на полную катушку. Смена гардероба, танцоры, жалко только нет специальных эффектов, от которых бы кровь в жилах стояла при просмотре.
Накидав дизайны одежды, как для меня, так и для танцоров, я отдала рисунки в профессиональные руки швей. И спустя две недели, все было готово. Боюсь представить, сколько людей было включено в эту работу. И сколько средств. Хистория ничего не жалела, а только с каждым разом ждала коронацию все больше и больше, что бы наконец, своими глазами увидеть итог всех стараний.
Когда наступил день коронации, я тряслась от волнения как осиновый лист, от чего была нервная и взвинченная. Пока торжество происходило на центральной улице, мы прогоняли репертуар будучи облаченными в одежду для выступлений и отдавались на полную. Пока все шло очень даже хорошо. Две певицы, которые обычно выступали на каждом королевском балу, тоже репетировали с нами и по их взглядам можно было уловить нотки зависти и недовольства. Конкуренцию не все любят. А тут услышав мой репертуар, девушки явно стушевались. Разумеется, если песни, которые я буду исполнять, любили по всему миру, то тут это не будет исключением.
В замок с каждым часом начал прибывать народ. Я слышала это по увеличивающемуся гулу в коридорах, что меня дико раздражало. Скинув одеяло на пол, я села в позу лотоса, обмазав лицо яичным взбитым белком и наложив на глаза две нарезанных дольки огурца. Волосы были собраны в крупную «гульку». Шикарный вид, хоть на сцену вылетай. Цирковую. В роли клоуна. Именно в таком виде меня и застали ребята из отряда, совместно с Леви и Ханджи, которые решили зайти и поддержать меня.
Услышав, что дверь открылась, я сперва подумала, что зашла служанка, поэтому не придала значения, но позднее, стала слышать хрюкающие звуки, словно кто-то сдерживал смех.
— Бедняжка, до чего же они тебя довели, — проговорила Ханджи и начала дико ржать во весь голос. От того, что гогот состоял из разных голосов, я поняла, что она заявилась не одна, поэтому ленивым движением сняла огурец с одного глаза и уставилась на красных от смеха ребят.
— И вам не хворать. Долго будете еще тут ржать? Вы портите мне биополе.
— Чего? — сквозь смех воскликнула ученая.
— Ничего. Ладно, хрен с вами, залетайте. Пойду пока лицо умою. — Я медленно приподнялась на ноги, на лету хватая упавшую вторую дольку с глаза.
— Тц, даже спрашивать не буду, что у тебя на лице, — брезгливо сморщился Леви, плюхаясь на шикарный длинный диван.
— Зря морщишься. Вернёмся в штаб — и тебе масочку сделаю, — невинно бросила я, замечая как у Леви зарумянились от гнева щеки, а ребята прикрыли рты руками, чтобы не дай бог засмеяться. Конюшни и туалеты драить не хотелось никому. Представив Аккермана, лежащего на кровати с маской на лице, я прыснула и скрылась в ванной комнате, умывая с себя нанесенную жижу.
Спустя несколько минут я вернулась к ребятам, которые расположились по всей комнате.
— Ну рассказывайте, как у вас дела? — присела я на кровать, сдвигая в сторону разлегшегося Жана. К вечеру все равно будут менять постельное, поэтому даже Леви ничего на это не сказал.
— Опыты над отвердеванием проходят очень успешно! — начала Ханджи, почти полностью облокотившись на Леви, от чего получила смачный удар по предплечью, — ай, больно же!
— Отодвинься, очкастая, развалилась.
— Бука. Так о чем я… А, точно! Вот и теперь мы точно уверены, что сможем заделать пробоины в стенах!
— Отличные новости, — радостно улыбнулась я и посмотрела на Эрена, который вместе с Микасой, Армином, Сашей и Конни, устроились на полу, сидя на брошенном мною одеяле, — сильно выматывает такой процесс?
— По началу да, но с каждым разом, я чувствую, что становится легче. Правда, приходится делать перерывы в несколько дней. А еще, я научился укреплять кулаки! В этот раз Райнер уж точно у меня отхватит по полной! — Его глаза горели от предвкушения и азарта.
— Также сейчас работаем над громовыми копьями, чтобы Бронированного можно было быстрее одолеть, — добавил Армин.
— Да, точно, громовые копья! Ты просто закачаешься, когда их увидишь! Это просто…
— Ханджи, — осадил её Леви, — у тебя еще будет время рассказать обо всем подробнее. Ты сама как? Подготовились?
— О-о-о, да, — загадочно протянула я, — думаю, что вам понравится. Каждый день работали с ребятами на износ. Надеюсь, оно будет того стоить.
— Я уверен, что все пройдёт шикарно, — отозвался Оруо, — смотри слова не забудь или не икни на высоких нотах.
— Вот вечно припоминать будешь!
Мы поболтали еще примерно пол часа, после чего Леви не церемонясь, выгнал всех из комнаты, чтобы дали мне время собраться к выступлению.
— Волнуешься, — мужчина обнял меня и нежно поцеловал в губы.
— Немного. Давно я не выступала перед такой большой публикой. Прошлый раз не считается, я, можно сказать, с закрытыми глазами пела и всего одну песню. В этот раз будет все иначе. — Обняла мужчину в ответ, уткнувшись в его шею, вдыхая такой родной запах, — я соскучилась.
— Все будет хорошо, я в тебе ни капли не сомневаюсь. Мне тоже тебя не хватало. Наконец-то, я заберу тебя отсюда.
Послышался робкий стук в дверь. Леви не задумываясь пошел её открывать.
— Извините, велено довести госпожу Андину в залу для подготовки, — робко отозвалась служанка.
Я вздохнула и, поцеловав Леви напоследок в щеку, направилась следом за девушкой.
В огромной комнате находились все творческие участники вечера. Кто-то был уже одет, кто-то наводил марафет на лице и волосах. Меня переодели в шикарное длинное белое платье в пол, с шлейфом и открытыми плечами. Образ для первого номера. Макияж наносили ловко и быстро и результат мне очень понравился. Волосы уложили, заплетая передние пряди назад. Уже прилично отросшие кудри прикрывали спину до низу лопаток.
Остаток времени я перебирала в голове текст, чтобы убедиться, что память меня не подведет в ответственный момент. Глаза, как обычно, закрыла, стараясь абстрагироваться от окружающей меня суматохи, в такой импровизированной гримерке. Хотя это помещение, судя по всему, таким и было. Был отдельный выход, который открывал путь прямо на сцену. Танцоры уже ушли смешиваться с толпой, чтобы красиво выйти в центр зала и танцевать под звуки музыки.
— Сия, готовься к выходу, — подошел ко мне гитарист, сжимая плечо в знаке поддержки. — Готова?
— В полной боевой готовности, — уверенно отозвалась я, вставая со стула. Каблуки непривычно натирали кожу на ступнях.
Музыканты вышли первыми, подходя каждый к своему инструменту. Через приоткрытую дверь я видела, как много было людей. Солдаты были одеты не по форме, поэтому узнать, кто из них кто, было почти нереально. Если только приглядываться. Но я была уверена, что все мои сразу же побегут занимать места поближе, чтобы поддержать меня.
Раздался звук колокольчиков, которые обычно звенели, чтобы в зале была тишина. Глубоко вздохнув и медленно выдохнув, я пошла на сцену. Первая песня начиналась без музыки, акапельно, поэтому музыканты опирались на меня.
От взглядов, устремленных на меня, по телу прошлась мелкая дрожь. Как давно я не ощущала таких эмоций. Внутри просто распирало грудную клетку от бешено колотящегося сердца. Успокойся, девочка, ты же не в пасть к титану прыгаешь.
Микрофонов тут как таковых не было, поэтому все гости всегда действительно вели себя тихо, когда кто-нибудь выступал. Относились уважительно.
Whitney Houston — I Will Always Love You
«Дай мне уйти…
Я ведь буду лишней всегда (в пути)
Всё, иду, знаю я — тобой живу
Я на каждом шагу…»
Музыка нежно заиграла в тон моего голоса, от чего мой разум полностью погрузился в процесс.
«Любить мне вечно тебя,
Мне вечно тебя…»
В центр зала вышли шесть пар танцоров и стали исполнять красивый танец, показывая все эмоции влюбленных друг в друга людей. Я никогда не занималась актерским мастерством, но мне пришлось натаскивать их и требовать те эмоции, какие мне были нужны при исполнении танца.